Он взглянул на Симона де Лимейрака, который с истинно горским терпением ждал ответа.
— Увы, нет. А что говорит мой двойник?
Виконт чуть скривился.
— Что не помнит. И не знает, зачем он к нам ехал. Мне пришлось ему все объяснять.
— Боюсь, что и я в такой же ситуации, — признался Жордан. — Если бы вы могли повторить мне, что вы сказали тому человеку, я был бы очень благодарен.
Де Лимейрак тяжело вздохнул.
— Пусть так. Все началось со смерти молодого Юка, который работал на кухне. Нагловатый парнишка, но умелый кондитер. Мы нашли его в углу двора, недалеко от уборной, с разорванным горлом. Я тогда решил, что это одна из собак, которые порой убегают из псарни и бродят по замку. Но через пару дней погибла Элис, наша старая служанка. Горло ее тоже словно бы разорвало зубами животное. На сей раз убийство случилось в комнате на третьем этаже, поэтому и речи не могло быть о заплутавшей собаке. Мы сразу обыскали замок, однако не нашли никого чужого. Зато в одной из неиспользуемых комнат мы обнаружили следы святотатственных ритуалов. Мел, небрежно стертый с пола, пятна воска и колдовская книга, которую кто-то неудачно попытался сжечь в камине, — никакого сомнения в том, что именно мы отыскали, не было. Тогда я решил написать епископу Малартру, который некогда был у нас настоятелем, — он же пообещал, что пришлет сюда вас. Вы якобы разбираетесь в такого рода делах.
— А я заявился в двух лицах, — закончил Доменик Жордан, чуть удивленный солдатской четкостью этого доклада. — Очень неловкая ситуация, несомненно.
— Я рад, что вы понимаете, — проворчал де Лимейрак. — Понятия не имею, кто таков этот второй, но, пока это не выясним, ни один из вас не выйдет из своей комнаты. Вы получите в свое распоряжение слугу, который станет заботиться о ваших потребностях, но двери останутся закрыты на ключ. И утром я послал в Алестру гонца с новым письмом. Пусть епископ решает, что делать в этой ситуации.
Доменик машинально кивнул. Похоже, он только что сделался узником, но не обижался за это — на месте виконта он бы и сам поступил точно так же. Теперь следовало обдумать, как доказать, что он — настоящий Жордан, а не обманщик.
— Мои вещи остались в экипаже? — спросил он. — У меня была сумка, а в ней, среди прочего, документы и пара пистолетов.
— Мы забрали в замок все, что нашли. Личные вещи… Что ж, боюсь, пока что вам придется разделить их между собой. А оружие я не отдам ни одному из вас. Кстати сказать, второй тоже о нем спрашивал.
Доменик Жордан чуть скривился. Выглядело так, что его таинственный товарищ имеет перед ним преимущество. Раньше пришел в себя, а будучи первым, а не вторым, несомненно, проще произвести хорошее впечатление. Это уже не говоря о том, что у двойника было больше времени, чтобы сориентироваться в ситуации. «Два часа», — подумал Жордан. Немного, но сейчас и такая разница могла стоить жизни. Особенно если загадочный мужчина мужчиной вовсе не был, что казалось чрезвычайно вероятным.
— Понимаю, что вы неловко себя чувствуете, во второй раз ведя тот же разговор, — начал он небрежно, скрывая испуг. — Но прошу взглянуть на это с моей перспективы. Я привык считать себя оригиналом — такая вот слабость. А теперь вдруг встречаю копию себя самого. И искренне надеюсь, что мой двойник не сказал чего-то подобного.
— Именно что сказал. Спрашивал и о том, кто обитает в замке. Повторить вам?
— Охотно послушаю.
— Тут живем я, моя жена — дона Изабо — и четверо детей. Андре и Григор — близнецы, обоим по восемнадцать лет. Потом Лозанетта, моя единственная дочь, семнадцатилетняя. И на два года младший Жоан. Слуг у нас восьмеро, все они — хорошие, доверенные люди, часто работающие на нашу семью уже несколько поколений.
— Я так полагаю, что никого из них вы не подозреваете в проведении магического ритуала?
— Несомненно — нет.
— В таком случае, кто убил Юка и Элис? — с интересом спросил Жордан.
— Понятия не имею. Это вы должны обо всем разузнать, не я. — Взгляд де Лимейрака не оставлял сомнений: он полагает гостя слишком молодым и неопытным, чтобы поручать ему настолько ответственное задание.
Доменик Жордан спросил еще о нескольких вещах, но не узнал ничего интересного. У него складывалось раздражающее впечатление, что он продвигается на ощупь, и поэтому Доменик ухватился за единственно несомненное, что было у него в этот момент.
— Мог бы я осмотреть останки Юка и Элис?
— Оба они уже похоронены.
— Отчего же такая спешка?
Виконт пожал плечами.