Выбрать главу

Отиравшийся возле магазина парнишка лет двенадцати, солидно представившийся Василием, помог запихнуть яблоки в рюкзак, а я поделился с ним леденцами, которые продавщица отсыпала мне вместо сдачи.

Мальчишка оказался разговорчивым, и тут же обрушил на мою голову целую кучу информации. Оказывается, в лесу созрела первая черника, а грибов в этом году мало, потому что лето выдалось сухое, почти без дождей. Магазин закрывается в шесть, но водку и пиво можно купить в любое время суток, постучав кулаком в заднюю дверь. Это мне вряд ли пригодится, но перебивать увлекшегося Василия я не стал.

Еще он посоветовал в следующий раз взять рюкзак побольше и купить у его мамки ведро молодой картошки, а на яблоки незачем деньги тратить, тут неподалеку бывшие колхозные сады, их там сколько хочешь, тряси да собирай…

– Ты значит, местный, – уточнил я, когда Василий наконец-то остановился, чтобы перевести дух.

– Мы к бабке приехали, на каникулы, так-то я в городе живу.

– Я тоже, – сказал я, хотя был уверен, что шустрый наблюдательный пацан и так не принял меня за деревенского. И, повинуясь непонятному порыву, добавил: – Знаешь озеро за Барским лесом?

На этот вопрос Василий среагировал странно: брови поползли вверх, а рот приоткрылся в беззвучном «о».

– Я там дом снимаю, на берегу, где деревянные мостки, – добавил я. – Неужели ты никогда там не был, тут рукой подать.

– Знаю, – коротко ответил Василий и неохотно добавил. – Мы с пацанами туда не ходим, плохое место.

– Почему?– не унимался я. – Вода грязная или тины много?

– Просто плохое, – хмуро повторил Василий. – Ладно, пойду я, а то мать снова разорется, что пошел за хлебом и пропал на полдня.

– Эй, погоди, – я поймал его за руку, не давая уйти. – Ты же мне так и не досказал про сад с яблоками…

Оказывается, странности на сегодня еще не закончились – на Васькином загорелом запястье с трогательно выпирающей косточкой красовался кожаный браслет со знакомым плетением – точь-в-точь как на ошейнике Пса.

– Прикольный ремешок, – осторожно сказал я.

– Бабка у одного местного купила, – охотно объяснил Василий. Кажется, он готов был говорить на любую тему, если она не затрагивала дом у озера. – Это оберег. От сил зла.

В устах мальчишки архаичное выражение прозвучало так забавно, что я невольно улыбнулся. Василий обиженно поджал губы и выдернул руку из моих пальцев.

– Лучше бы мать в церковь тебя отвела, – неожиданно подала голос дремавшая возле своих гербариев старуха. – Некрещеное дитя – бесам потеха. Да и ты берегись, – неожиданно обратилась она ко мне. – Нынче полнолуние, самое время для этих.

– Не слушай ее, она чокнутая, – деловито сказал Василий, разворачивая подаренный леденец и запихивая в рот.

– Хочешь верь, хочешь нет, а только место и впрямь дурное, – пробормотала бабка. – И озеро, и дом… Тот, другой, что на самом берегу.

– А кто там живет? – с любопытством спросил я.

– Да поди разбери. То ли один, то ли двое. Не то зверь, не то человек. У этих разве поймешь.

Услышав последнюю фразу, я почти перестал сомневаться, что Василий не ошибся с диагнозом. Очевидно, эта мысль отразилась у меня на лице, поэтому бабка, глядя неожиданно ясным и цепким взглядом, добавила:

– Гляди, парень, и сам не заметишь, заворожит, заморочит бесовское отродье, – она повернулась к Василию. – И ты добегаешься, негодник! Все мамке твоей расскажу, что ты с чужими людьми разговоры ведешь – насует она тебе крапивы в штаны, как в прошлый раз!

– Ведьма! Ведьма! Старая ведьма! – высунув напоследок язык, который конфета окрасила в ядовито-зеленый цвет, Василий припустил по улице, видимо, спеша к ожидавшей его мамке – упоминание о крапиве явно попало в цель.

Я повернулся к бабке, надеясь, что в отсутствии малолетнего свидетеля сумею выпытать больше подробностей, но обнаружил, что та успела снова задремать, прикрыв глаза.

Я закинул тяжелый рюкзак на спину и направился домой, по пути посмеиваясь про себя над деревенскими суевериями, а потом и вовсе позабыл о странном эпизоде, захлопотавшись по хозяйству.

Пока я разобрал покупки, приготовил поесть и пообедал, день начал клониться к вечеру. Пес уже поджидал меня на мостках, и на его выразительной морде было написано крайнее неодобрение.

– Больше не буду, – пообещал я, – в следующий раз приду вовремя. Не стану по пути ни с кем болтать, зачем слушать всякую ерунду.

Пес слегка повел ушами – он часто делал это, когда я разговаривал с ним, точно показывая, что внимательно слушает.

– На всякий случай – если какая-нибудь лесная тварь выйдет из кустов, ты же ее прогонишь? Волк, например, или лиса… Барсук… Ежик…

Пес вздохнул и завалился на бок, подставляя живот закатному солнышку.

– Понимаю, глупо звучит. И кого мне бояться, что за нечисть может здесь обитать – лешие или русалки? Зомби с заброшенного кладбища? Вампиры-кровососы?

Пес встал и лениво потянулся, а потом потрусил по мосткам к берегу.

– Погоди, и я с тобой, – окликнул его я. Сидеть на мостках в одиночку было скучно, отвык. Да и неуютно как-то…

– Становлюсь суеверным, как местные, – сказал я Псу, который шел рядом, словно я его хозяин и это для нас привычно, и на минутку у меня мелькнуло сожаление, что мохнатый приятель в очередной раз исчезнет неведомо куда до завтрашнего дня.

– Эй… – нерешительно окликнул я. – Может, в гости зайдешь?

Но тот уже нырнул в кусты, только белая шкура мелькнула среди зелени и тут же пропала из виду.