Выбрать главу
4
Манит меня последним упованьемнелепая и дерзкая мечта:твой путь пересечет моя верстаи с ног собьет негаданным свиданьем.Я знаю – время правит расстояньем,а временем разлука иль рассвет;давно утрачен мной иммунитетв стремленье духа слиться с мирозданьем;Давно истлевших ликов ликованьем,бессонных лет тревожным начинаньеммне грезилось виденье наяву:скулит метель… с тоскливым подвывньем…и ждет, когда отчаясь – позовуя именем Тебя или названьем.

Часть II

Туман плывет,ревнивоогибаяеще горючийкустрябины пленной…ах, в городетвоемнавекиосень,оранжевыекудриновой стынио гиблых снах…
5
Я именем тебя или названьемне потревожу, память бередя —пускай другие на слезах дождяо встречах забавляются гаданьем.Меня ж почтило лето назиданьемискать свои приметы загодя —в стихах и письмах строки находя,звучащие далеким предсказаньем.Но в чем последний искус, в чем испуг?на символе каком сомкнется круг?мелькают предо мной в потоке днеймашины, шины… Горные вершины…а может, просто – веточку крушинызапечатлею в памяти моей.
6
Запечатлею в памяти моей,как будто в амбразуре сновиденья —пальбу войны в зеленом отдаленьеи взмыленные крупы лошадей.А сердца стук больней-больней-больней,предчувствую последнее сраженье,и вот он, взрыв!.. Немое пробужденье,и лица озаренные друзей.В который раз – смертельное рожденье!но вслед за тем я слышу мертвых пенье:о сколько их погибло в миг борьбы!когда тебя на копьях пронесут,не предрешит, мой Стих, твоей судьбыни суд друзей моих, ни высший суд.
7
Ни высший суд, грядущий от веков,ни суд мирской, творящий преткновенья,не усмирят неясного волненьяпод парусом вдали от берегов.Земля пылает в Зареве Снегов,занявшихся от ветра дуновенья —Стихия дня! Приливом вдохновенья!рисует Риск! – расплавленных оков…Рискованны пути в моря наитий,и между окровеньем и отплытьемалеет кровь в уключине ладьи;Но не страшусь! Упиться притязаньем, —и пусть его усердие судьизаведомо не освятит признаньем.
8
Заведомо не освятит признаньеммои права, неясные, как сон,моих сомнений разноцветный сонм —твой резкий взгляд, отточенный вниманьем.Но гаммой вздохов, в унисон ворчанью —два тона, полутон и снова тон —до времени смирить свой вещий стонсоната и сонет верны призванью.Что может быть естественней в роду,чем пребывать со временем в ладу?пока мои скворцы не прилетели —я буду грезить прошлому вослед;ты скажешь: непростительно без цели —но что мне в том, простишь ты или нет.

Часть III

О гиблых снах, осумрачнойтеснине прошедших вдольеще не отворенныхкровавых кладовыхлепнины старой;еще?навесы вечныхистинЛАГ’а,пылающаялестница Зари;еще? – ах, в городе твоем —не я ли?
9
Но что мне в том, простишь ты или нетосенним дням туманное горенье,и музыки тревожное паренье,и памяти неистовый балет?Вот в вихре улиц мчит кабриолет —наперерез ветрам и треволненьями осенен невидимым знаменьемигрок, чей козырь – пиковый валет!О, пиковая масть! О, воронаячетверка! Осень – без конца и края!червонным золотом обрызган пируэтдождя на площади, и под туманной сеньюкружится в торжестве освобожденьяОгонь Летящий Через Бездны Лет!
10
Огонь, летящий через бездны летна эти опустевшие поляны,окутанные маревом туманным,тебе – мое родство и мой привет!Не мной столь вдохновенно был воспетваш нежный лик, сомнительный и странный,ваш томный стан, пришелец чужестранный —иных времен романтик и поэт!Но облик тот хранит хмельная Осеньв златых кудрях берез, с очами в просиньи в тонких, гибких линиях ветвей;как вдруг, не помышляя о преграде,луч Солнца вспыхнул! – прямо у корней,сжигающий и листья, и тетради.
11
Сжигающий и листья, и тетради —повремени сводить концы на нет,перелистни страницы дальних лет,мелькающих, как лица на параде.Еще и запах вихрем не украден,еще звучит под Солнцем Неба цвет,еще струится первозданный светпоэзии в неконченной балладе.О живопись и звукопись времен,истекших кровью боевых знаменловлю твои звучанья и значенья;Бушует ветер на пустом юру,и охраняя Памяти свеченья,я разложу костер мой на ветру.