Глава 58 - Пытки
Котсу шёл по каменным катакомбам, окружённым глубокой тьмой, которая казалась плотной, словно можно было её коснуться. Каждый шаг отдавался эхом, подчёркивая пустоту подземелья. Даже здесь, глубоко под землёй, он ощущал бой Валентина и Амона — земля трещала и вибрировала. Котсу продолжал путь, пока не достиг тяжёлой двери, ведущей в дальнюю комнату. Войдя, он щёлкнул замком, зажигая факел на стене. Слабый свет озарил помещение, в центре которого находились шесть массивных капсул. Он подошёл к одной из них и осторожно протёр запотевшее стекло. Внутри лежала женщина, бледная, как сама смерть, её красота была одновременно мрачной и гипнотизирующей. Котсу медленно открыл крышку капсулы. Проведя ладонью по её холодной щеке, он прошептал:— Проснись, Лидия. Реакция была мгновенной. Глаза женщины резко открылись, светясь мёртвым белым светом, и она вылетела из капсулы, паря в воздухе, словно привидение. Её длинные, болотного цвета волосы ожили, извиваясь вокруг, как змеи. — Котсу! Ты ли это?! — её голос был раздирающим, словно ветер, несущий боль и страдание, заполнил комнату. Котсу опустился на одно колено, склоняя голову.— Да, моя госпожа. Валентин повелел разбудить вас, королева банши. Лидия холодно посмотрела на остальные капсулы, вокруг которых витал слабый иней.— А они что? — спросила она, её голос обжигал своей ледяной безразличностью. — Пока не время, — коротко ответил Котсу. Она кивнула, словно это и так было очевидно.— Я поняла. Но что это? Я чувствую, как моя планета страдает от мощной магии... — Лидия закрыла глаза, вдыхая воздух, пропитанный энергией битвы. — Это Валентин? — Нет, моя госпожа, — ответил Котсу, не поднимая взгляда. Её глаза вспыхнули ещё ярче.— Я чувствую силу Жнеца! Почему кто-то из света использует его? Фамильяра божественного ранга? Лидия замолчала на мгновение, а затем холодно добавила:— Вы ещё скажите, что Затмение не распечатано... — Нет, моя госпожа, — поспешно заверил её Котсу, дрожа под её пристальным взглядом. Лидия, королева банши, медленно опустилась на пол, но её движения оставались плавными, словно она продолжала парить. Её волосы по-прежнему тянулись к капсулам, неустанно изучая всё вокруг. Казалось, её пробуждение было лишь началом чего-то гораздо более страшного. Лидия обратила взгляд на Котсу, её голос, полный холодной решимости, прорезал тишину:— Когда мне нужно прийти? Котсу, поднявшись, с уверенностью ответил:— Сейчас. Не говоря больше ни слова, Лидия вновь взмыла в воздух, её тело стало не более чем темной тенью, поглощая весь свет вокруг. В мгновение ока она исчезла, оставив Котсу в полной темноте. Он ощутил, как глухая тишина наполнила пространство, и поспешил к выходу. В его глазах загорелась решимость. Он должен успеть. Бой ещё продолжался, и у него оставалось мало времени, чтобы распечатать эту проклятую печать Амона. Войдя в пещеру, где был закован в цепях Никалас, Котсу заметил, что тот без сознания. Отлично, — подумал он. — Не будет бесить своими надоедливыми разговорами. Он подошёл к столу, на котором стоял чемодан, раздвинув его, словно маленькую лабораторию. Начал что-то мешать, вызывая химическую реакцию, и переливал все в одну пробирку. Получившееся зелье сияло зелёным светом. Котсу взял шприц, наполнил его зельем и ввёл Никаласу в вену. Пока кровь вампира поглощала лекарство, Котсу задумчиво проговорил сам с собой: — Это должно усилить кровь вампира, которая и разъест печать. А пока это происходит… — он поднял руку и пальцем коснулся печати. Но печать не отреагировала. Она оставалась неподвижной. — Ооооо, — прокричал Котсу, — получилось! Печать не сопротивляется! Тело Никаласа начало бледнеть, приобретая почти голубоватый оттенок. Котсу создал руку из своей тёмной магии и осторожно приложил её к печати, аккуратно поворачивая. Он почувствовал, как магия начинает вытекать из руны и влиять на заклинание, ослабляя его сопротивление. Почти уже, почти… — Нет, — пробормотал Котсу, — заклинание не расколдуется. В тот момент, как он произнёс это, руна под его пальцем треснула с оглушительным звуком. Мгновенно, с яростным всплеском магии, его откинуло назад, словно молнией. Котсу ощутил, как его тело выбрасывает в сторону, а воздух вокруг становится горячим и колючим от мощной энергетической волны. Он не успел среагировать, как его буквально отбросило на несколько шагов. Поднявшись с земли, Котсу потряс головой, пытаясь избавиться от головокружения. — Да что ж такое… Почему не работает? — злорадно произнёс он, ощущая, как магия, которая только что треснула, уходит в никуда. Однако руна перед ним продолжала ломаться, ослабляя свою силу. Тело Никаласа всё ещё лежало безжизненно, но теперь печать, скрывавшая его, ослабевала с каждым моментом. Котсу знал, что ему осталось совсем чуть-чуть. Внезапно Никалас открыл глаза. Его зрачки были ярко-красными, как кровь, а радужки, когда-то белые, теперь стали чёрными, как угли. Он прохрипел, с трудом пробуждаясь: — Что ты сделал? Котсу улыбнулся, стоя рядом. — Я лишь ускорил процесс вампиризма. Твоя человечность скоро исчезнет, и ты станешь подобен моему хозяину, — сказал он, его голос был зловещим. — Не бывать этому! — выкрикнул Никалас, несмотря на боль и внутреннюю борьбу. — Я не допущу этого! Никалас напрягся, пытаясь побороть тьму, которая уже начинала захватывать его душу. Чёрные глаза сверкали, но в них начинала пробиваться яркая искра сопротивления. Его тело затряслось, когда он снова взял под контроль свою внутреннюю силу. Котсу заметил это, когда Никалас вернул себе нормальный цвет глаз. Он чуть усмехнулся, но в его взгляде скользнула насмешка. Котсу знал, что ещё не победил. — Смотри-ка, твоя воля сопротивляется. Но я всё равно сломаю тебя, — произнёс Котсу, медленно подходя к нему. Он открыл плащ и вытащил инструменты для пыток. — С чего начнём, принц? — ухмыльнулся он, поглаживая инструменты в руках. — Твоя Луна прошла почти все мои пытки, правда её тело мне было запрещено калечить. Но с тобой, Ники... Мы повеселимся. Его слова были полны угрожающего подтекста. В его глазах пылала жажда мести и садизма. Котсу подошёл ещё ближе, наслаждаясь моментом.