Читать онлайн "Тюрьма, зачем сгубила ты меня?" автора Колычев Владимир Григорьевич - RuLit - Страница 9

 
...
 
     



Выбрать главу
Загрузка...

– Еще вопрос, – продолжал куражиться злолицый. – Встань.

Карцев сначала огляделся по сторонам, пытаясь выяснить, откуда ждать подвох, и только потом поднялся.

– Что такое теория относительности?

– Ну, это из физики... Эйнштейн там... Инерциальные системы...

– А конкретно?

– Ну, все в мире относительно...

– Ты что сейчас делаешь? Стоишь?

– Стою.

– Стоишь. А на самом деле ты сидишь... Вот тебе и теория, гы-гы!..

Уголовник гоготнул, требуя того же и от своих сокамерников. Но в этот раз засмеялся только сидевший за столом курчавый паренек. И то скорее по принуждению, чем по доброй воле.

– Еще вопрос!

Злолицый сделал паузу. Судя по выражению его лица, предстоящий вопрос не мог уже быть таким безобидным, как прежние. Так и оказалось.

– Что выбираешь, на болт сесть или вилкой в глаз получить?

Карцев похолодел. На первое он не согласится никогда, но и без глаза оставаться тоже не хотелось.

– Вилкой в глаз... – сжимая кулаки, пробормотал он.

Пусть только попробует кто подойти к нему с вилкой – драться будет до последнего.

– Вот это правильно! – поднимаясь из-за стола, громыхнул утробным голосом здоровяк.

Злолицый как-то сразу скис, глянув на него. Казалось, будь у него хвост, он бы пугливо поджал его.

А здоровяк неспешно перебросил ногу через скамейку, неторопливо приблизился к новичку. Заложив руки за спину, благодушно улыбнулся.

– На болт садиться негоже, – игнорируя злолицего, обратился он к Георгию. – А вилкой в глаз... Вилок у нас здесь, брат, нет. Не положено... Но ты молоток, правильно фишку просек... Присаживайся!

Здоровяк показал Карцеву на его шконку. Злолицего там уже не было.

– Будь самим собой, – сказал он, присев рядом. – И не слушай всяких там бакланов...

– Я думал, он смотрящий, – оправдываясь, передернул плечами Георгий.

– Ну, когда-то, может, и был, – сказал здоровяк, насмешливо глянув на шконку, за ширмой которой скрылся злолицый. – Гудок его кликуха. Понтов много, а толку мало. А то, что шконка у него козырная, так на ней только летом и хорошо. Зимой из окна дует. И вообще... Я за камерой смотрю. Да ты не бойся, я не кусаюсь...

– Да я и не боюсь, – мотнул головой Карцев.

Смотрящий обладал внушительной силой – как внутренней, так и внешней. Но агрессивности и злопакостного нахальства – ноль. Обычный русский мужик, бесхитростный и добродушный в спокойной для себя обстановке. Безобидным он не казался, но и подвоха Георгий от него не ждал.

– Правильно, бояться не надо. Не верь, не бойся, не проси... Я слышал, тебя Гоша зовут...

– Георгий. Но можно и Гоша.

– Можно. Нормальное имя. А меня Федором зовут. Просто Федор. Погоняло есть, но я его не люблю, я ж не лошадь, чтобы меня погонять. Правильно я говорю?

– Ну да, – поспешил согласиться Карцев.

– А у тебя кликуха есть?

– Ну, была когда-то. В молодости. С пацанами во дворах тусовались. Компания у нас крутая была...

– Здесь, в Рубеже?

– Да, на Южной Доле. Может, слышал?

– Ну почему не слышал? Слышал.

– Наш район так уже никто не называет...

– Но ведь было?

– Было. Давно. И как будто неправда...

– Тридцать девять лет тебе?

– Ну да, почти сорок.

– Мне тридцать четыре. И вашу Южную Долю хорошо помню. Сам я из Алексеевки, – буднично, спокойным тоном сказал Федор.

Но Карцев вздрогнул. Южная Доля, а если точнее, несколько кварталов на южной окраине города географически соседствовала с поселком Алексеевка. Издавна южнодольцевские пацаны враждовали с алексеевскими. Сейчас вроде бы все спокойно, но раньше драки, и с поножовщиной, были привычным явлением.

– Да ты не напрягайся, – усмехнулся смотрящий. – Я к тебе претензий не имею. Хотя было, ходил я на вашу Южную Долю... Да, были дела, не соскучишься... Назад бы вернуть все, сначала бы все начать. Ну да ладно... По сто пятой, говоришь, сюда попал. Убил кого?

– В том-то и дело, что не убивал, – мотнул головой Карцев.

– Ты не думай, я не стукач, – благодушным тоном сказал Федор. – И никогда не был... Я человек правильный по жизни, не сомневайся...

– Да я ничего. Просто я правда не убивал. Подставили меня.

– Ну, подставы, конечно, бывают. Но очень-очень редко, поверь мне...

– Не знаю, как редко, но я не убивал. Уходил, она живая была.

– Кто, баба?

– Ну да.

– Жена?

– Ну нет...

– Любовница?

– Да нет. То есть вроде бы да. Ну, мы в первый раз тогда, вроде как начиналось у нас... Началось и сразу закончилось. С летальным для нее исходом. Задушили ее. Кто – не знаю.

– А валят на тебя?

– Ну да... Сначала опера насели, затем следователь к стенке припер. Пальчики мои везде, паспорт... Если б только это. Спал я с ней, все улики в ней остались... Следователь напирает. Ты, говорит, сначала изнасиловал ее, а потом задушил... Как будто я маньяк какой-то?..

– Изнасиловал, говоришь? – недобро как-то призадумался Федор.

– Ну нет, не было такого. Все по взаимному согласию.

– А задушил кто?

– Так говорю же, не знаю... Как будто кто-то нарочно меня подставил...

– А что, у кого-то интерес есть?

– Ну, не знаю.

– На воле чем занимался?

– Бизнес у меня свой. Мебелью торгую.

– Дорогая мебель?

– Да нет, эконом-класса.

– Нормально дело идет?

– Я бы сказал – шло.

Карцев чувствовал себя дураком. Не должен был он говорить, что занимается бизнесом. Федор может решить, что денег у него куры не клюют, предложит поделиться. Или еще, чего доброго, адрес разузнает, дружков своих с воли к жене зашлет...

– Что, без тебя никак? – спокойно, как о чем-то прозаическом, спросил смотрящий.

– Ну, без головы всегда тяжело.

– А что, компаньонов нет?

– Нет, сам с усам... Компаньоны – дело гиблое. Или подставят, или, чего доброго, киллера наймут...

– Но ведь кто-то же подставил.

– Вот я и ломаю голову, кто...

– Ломай. Твои проблемы, твоя голова, тебе ее и ломать... Только смотри – сам не сломайся. Тюрьма – дело тонкое, но может очень поперек горла встать. Ты, я смотрю, мужик ничего. Шконку тебе определили, здесь и будешь кантоваться. К людям присматривайся, но в душу не лезь. Пустые разговоры здесь не жалуют. Язык не распускай и руки тоже. За свару – спрос. Если вдруг какая с кем проблема – обращаться ко мне, я буду решать вопрос. Если какие-то вопросы – тоже ко мне. Привет кому-то передать – тоже через меня... В нарды играешь? – меланхолично спросил Федор.

– Ну, так...

– Если «ну, так», то лучше не садись. Иван Сидорович у нас в этом плане – хищник, – смотрящий показал на горбоносого мужичка с челюстью пираньи. – Любого в «шеш-беш» порвет. Я сам знаток по этой части, но пару тысяч ему отдал. У нас тут только под интерес играют, такой закон...

– Я понимаю... Сам на деньги играл.

– Где, с кем?

– В бильярд. С друзьями иногда собираемся.

– Но у вас там, наверное, четко – деньги на кон и никаких гвоздей, – вспомнив запах свободы, растроганно улыбнулся Федор.

– Да, конечно...

– А у нас тут развести могут. Предложат на просто так сыграть, а «просто так» – это место, на котором ты сейчас сидишь. Должен понимать, что может быть, если проиграешь.

– Понимаю.

– У нас в хате такого беспредела нет. Да и Зося на этап ушел... Зося у нас по картам был спец. Пять тузов в одной колоде, ну ты понимаешь...

– Шулер?

– Не могу сказать, – нахмурился Федор. – За руку не ловил. Если бы поймал – убил, а так – никаких претензий. И слова плохого сказать не могу. Потому что жизнь у нас такая – за слово спросить могут, не сейчас, так когда-нибудь. Так что за базаром следи. И вообще гляди в оба... А с Иваном Сидоровичем за доску не садись... Кстати, на воле у тебя кто остался?

– Жена.

– Кабанчика заслать не обещала?

– Посылку?

– Ну вот, уже и осваиваешься, – поощрительно улыбнулся Федор. – Да, про посылку разговор.

     

 

2011 - 2018