Я теперь, дядюшка Томека, ничего не понимаю. Что это происходит с теткой? В тот вечер неожиданно вернулся домой и дядя Гаврила, а тетка, которая только что прогоняла и проклинала Бэкэляну, вдруг почему-то смилостивилась и велела дяде попросить господина Бэкэляну подождать с долгом за дом. А дядя ответил, что откладывать плату не надо. Лучше он продаст откормленную к рождеству свинью и расплатится, чтобы потом жить спокойно. А Бэкэляну, который до прихода дяди все требовал денег, сказал, что продавать свинью не следует. Он, мол, Бэкэляну, человек добрый и никогда не согласится отнимать кусок у детей. Но у него есть другая просьба: пусть дядя купит его виноградник, тот, что по ту сторону будки путевого обходчика, так как он, Бэкэляну, за этим погоном земли ухаживать не может.
Дядя ответил, что не может еще больше запутываться в долгах, он и так уже задолжал государству, но Бэкэляну ответил, что деньги ему не нужны.
Теперь вот я никак не пойму, почему, как только дядя пришел, тетка и Бэкэляну сразу перестали ругаться и почему теперь она все время, когда дяди нет, проклинает Бэкэляну и украдкой плачет, а перед дядей его защищает.
Дорогой дядюшка Томека, только ты не проговорись об этом письме тетке Олимпии. Я тебе все это написал, потому что никак не пойму, что у нее за дела с Бэкэляну.
С большой любовью
Михэлука Бреб».
ГОРЬКАЯ ОБИДА
Тетка твердо решила взять виноградник Бэкэляну. Ведь он так близко от их дома, на склоне холма Присэкань, рядом с шоссе. Из-за этого решения дядя с тетей ссорились всю ночь до утра. Дядя говорил, что нечего им брать на себя еще одну мороку, нечего путаться в это дело.
Утром рано тетка сердито будит Михэлуку.
— Вставай! — кричит она. — Тебя дядя ждет. Он уже запряг лошадь. Поедете на виноградник, надо сторожку починить!
— Но сегодня у нас начинаются занятия в школе!
— Ничего с тобой не случится, если и пропустишь несколько дней!.. Посидишь в сторожке и посторожишь виноградник.
— Вот хорошо, и я с тобой! Возьмем и Цынку! — обрадовался Бенони и весело отшвырнул одеяло.
Но мать тут же резко его одернула:
— Нет, лодырь, ты-то сегодня в школу пойдешь! Может быть, в конце концов чему-нибудь да научишься! Михэлука и один виноградник посторожит, все равно он лучше всех в классе учится. Ты будешь ходить на виноградник только ночевать с Михэлукой, а то, того гляди, все эти босяки со стройки повадятся виноград красть.
Михэлука чувствует себя очень обиженным и одевается медленно. «Бенони она посылает в школу, а вот меня отправляет сторожить виноградник!» А когда тетка называет рабочих стройки «босяками», мальчик не может ей не возразить:
— На стройке рабочие, а не босяки!
— Ты меня не учи! — взвивается тетка и дает ему оплеуху.
Михэлука стискивает зубы и сдерживается. Натягивает зеленую выцветшую куртку, из которой уже давно вырос, и старательно застегивает ремешок от часов, которыми так гордится.
— Без часов ты, наверное, помрешь! — насмехается тетка.
Михэлука молчит и старательно завязывает пионерский галстук.
Может, тетке показалось, что он нарочно, ей назло, так медленно одевается, или просто была не в духе из-за ночной ссоры с дядей, но она снова набрасывается на мальчика: