— Слушай, Дымок, а ты же вроде женщины, да?
Она странным, словно безжизненным голосом ответила:
— Ну и?
— Просто маленькая ещё, да?
— Чего тебе?
— Ну, ты когда тереться захочешь, давай вместе потрёмся?
— Болван.
— Или позови меня, я бы посмотрел на твоё трения с кем-нибудь.
Дымок резко встала и отошла от костра. Водоносик, как обычно, сидел в тени и поэтому разглядел на её лице задумчивость, совершенно не вязавшуюся с её якобы рассерженным уходом.
А старший птенец, поведавший о трениях между мужчиной и женщиной, продолжил:
— Я однажды видел, как наши вожаки привезли много бедно одетых женщин в свой сарай.
— Как ты понял, что женщины были бедно одеты? — спросил из темноты Водоносик.
— Ну, туники короткие очень, на плечах вообще верёвочки какие-то. У одной даже туники не было, только набедренная повязка и накидка на плечах.
— Думаешь, вожаки тёрлись с ними? — спросил Шутник.
— А чего ещё? Конечно. — Немного помолчав, неуверенно добавил: — Я вообще видел сам.
— Да ладно? Как?
— Я проснулся ночью и пошёл в отхожее место. Вдруг вижу — наши акрабы с неба валят. Быстро ещё так, да раскачиваются во все стороны. Раскрытые врата хлопают створками. Слышно топот, смех, кто-то на дудке играет.
— Это вожак Теневой Ветер, — встрял Пятнышко. — У него дудка есть.
— Ну да, я сразу понял, что это он. Я в кусты спрятался. Акрабы зависли над гостевым домом, а наши вожаки спрыгнули на крышу: у каждого в руке по женщине. Только у вожака Теневого Ветра — дудка. Да не обычная, а длинная, в середине в спираль согнута.
— Это «Небесный Вопль», — пояснил снова Пятнышко. — На нём учат дудеть в Доме Опыта.
— А ты откуда знаешь?
— У меня отец дудел с другими музыкантами на Висячем Пути. Ну и до сих пор дудит. Наверное. Папа думал, что я тоже буду дудеть, а я взял и стал вольнорожденным. Давно не видел папу… Как думаете, нас пустят на родной ветролом погостить? Ненадолго хотя бы?
— Да всем до грязи твой папа, — сказал кто-то из птенцов постарше. — Не мешай рассказывать. Ну и? Что там с трением женщин?
— Ну, зашли они в гостевой дом. Некоторые на крыше остались, расстелили там ковры разные, подушки, принеси кувшины с питьём и фонари. Пели и плясали с бедно одетыми женщинами. Только вожак Теневой Ветер один сидел, всё на дудке играл.
Затаив дыхание все слушали.
— А потом женщины разделись!
Шутник спросил:
— Ты видел, как у них подвешены голые груди? Как на статуях или как-то иначе?
— Я не разглядел, как там у них подвешено. Слишком далеко кусты были, а ближе боялся подойти, нам же запретили к гостевому дому приближаться. Но, вроде бы, как на статуях.
— Что дальше?
— Наплясались они, значит, да упали на ковры. Мне-то снизу плохо видно, хотя и залез повыше на дерево. Но точно видел, как один старший упал сверху на женщину и начал тереться.
Водоносик тоже слушал с интересом. Он вспомнил, как его папа ловил маму Косматика и падал на неё сверху. Это оказалось вовсе не игрой в борьбу, как он думал…
— А вожак Теневой Ветер что сделал? — спросил Водоносик.
— Он перестал дудеть и ушёл в гостевой дом. Оттуда уже звуков не слышно. Я посидел немного на дереве, да слез — больше ничего не увидел.
Пылающий Коготь сказал сверху:
— Ты, братишка, лучше не рассказывай это никому, понял?
— Понял. Но почему?
— Вожаки могут огорчиться, узнав, что ты за ними следил, а они этого не заметили.
— Так я же всё равно ничего не увидел, как они там тёрлись?
— Болван. Я не об этом…
Пятнышко прервал:
— Говорят, в срамной «Игре Света» можно увидеть, как мужчины трутся об женщин.
— Можно, — подтвердил Пылающий Коготь. — Можно даже обратиться в мужчину из «Игры Света».
— Ух ты! Да, такое я тоже слышал.
— Но ты не рассчитывай на кристалл, малец, — сказал Пылающий Коготь.
— Почему?
— У тебя линии ещё не отросли, чтобы применять его.
— А у тебя отрасли?
— Конечно. Давно уже. Я «Огненную Бурю» кидал!
— А ты сможешь нам срамной кристалл показать?
— Смогу. Да только где его взять?
— Разве на рынках не продают?
— Они стоят многие тысячи золотых граней. Да и не продают их мальцам.
— Тебе продадут? Ты же не малец?
Пылающий Коготь резко ответил:
— Конечно, я не малец. И вообще, заткнитесь, пора спать.
— Но что если мы накопим золота, а ты сходишь на рынок и купишь крис…
— Спать, я сказал!
Так как Пылающий Коготь был поставлен вожаками, чтобы править птенцами, то его приказа никто не ослушался, все поползли на свои лежаки.