— Простите, господин. Меня послали с плохими новостями. — Филид молчал, только глаза сузились. Этого было достаточно, чтобы огромный мужчина затрясся, обливаясь холодным потом. — Принцесса сбежала из подземелья. Мы выслали погоню, но пока не нашли следов.
— Идиоты! Как можно было упустить обессиленную, находящуюся на сносях женщину?! Бросайте ищеек.
— Они же…
— Накормленных, даже если и потреплют немного, до алтаря доживет. А большего нам и не нужно.
***
Не зная устали, принцесса гнала быстроногого стигмолоха. Время от времени накатывала боль и тошнота, но молодая женщина терпела. Главное добраться до безопасного места, а там стихии будут на ее стороне. Старая служанка подсказала, куда держать путь. Замок Аeternitas. Черным маяком возвышалась твердыня на фоне пасмурного, сизого неба.
Каменные мостовые стана давно остались позади. Все чаще ноги ящера увязали в болотистой почве. Животное недовольно фыркало и завывало. До замка оставалось совсем ничего. Только б быстрее перемахнуть через древнее болото, густо усеянное сорняками и скелетами высоких, рваных деревьев, ветки которых высовывались из воды, словно длинные, скрученные руки. Где-то рядом закричали вороны. Принцесса вздрогнула. Дурной знак.
Вдруг стигмалох оступился и упал на бок, принцесса чудом успела увернуться от тяжелого хвоста и брыкающихся ног. Вой раненого животного разнесся далеко по окрестности. Принцесса готова была расплакаться от отчаяния. Попробовала магией помочь животному подняться, но тут же опустила голову.
Сырая земля рядом с болотом опасна, в ней полно глубоких ям, заполненных мутной водой. В одну из таких ям и попал лапой стигмалох. Сломанную конечность принцесса не могла срастить. Такие заклятья были, но она их просто-напросто не знала.
Подозрительный шорох заставил нервно оглядеться. В одно мгновение воздух стал тяжелым и смрадным, точно над ямой с нечистотами. Сжав в кулаке остатки пепла, принцесса медленно попятилась. Позади деревьев воскресала тьма. Вначале трепещущие, невзрачные тени набирали силу и плоть. Впавшие глазницы горели потусторонним огнем. Дейнонихозавры. Поднятые запрещенной магией, они были лучшими ищейками и палачами: легко выслеживали любую жертву и тут же беспощадно раздирали страшными когтями.
Ааршэ эл Норг задрожала от ужаса. Ее дитя вот-вот готово увидеть мир, нельзя отступать. Бросив пепел под ноги, она сотворила сильнейшее атакующее заклятие. Оно вырвало из недр глыбу земли и бросило в тварей. Столп пыли поднялся плотной завесой. Это ненадолго задержит страшных преследователей. Не обращая внимание на приступы все усиливающейся боли, принцесса бросилась прочь. Все чаще колени подкашивались, все чаще изо рта рвался крик боли и отчаяния. Но Ааршэ продолжала бежать, идти, ползти вперед, обрывая траву обломанными до крови ногтями.
Замок.. замок… замок…
Спину опалило ядовитое дыхание преследователей, острые когти полоснули по бедру, по спине и рукам. Принцесса выла от боли, но ползла дальше. Укусы, удары, вой слились в один страшный калейдоскоп. Кровь текла по ногам, оставляя кровавый след на жухлой траве. Еще немного… Метр, два и…
Скрипнула черная калитка. Принцесса слепо продолжала ползти вперед, пока не уткнулась лицом в холодный, поросший мхом камень. Гладкий и плоский, он словно манил прилечь и отдохнуть. Обессиленная, едва живая она упала навзничь и закричала от резкой, разрывающей боли. Сознание померкло. Древнее кладбище дало ей приют и упокоение. Она уже не видела, как развеялись в прах преследовавшие ее дейнонихозавры, как засверкал всеми цветами радуги портал, как на землю ступил каменный исполин и вынул из еще теплого, но мертвого чрева омытого кровью сына.
Мощный крик младенца прорезал тишину древнего кладбища. Драгоценная накидка Пири упала на одно из надгробий. Малыша нежно обтерли мягкой тканью, и ловко укутали, оставив на виду один лишь недовольно сопящий носик.
— Ты в полной безопасности, сынок. Потерпи немного и окажешься в своей люльке. Она давно тебя ждет. Она и твой наставник. Он замечательный, хоть и немного ворчун. Хотя помниться при жизни его характер был много хуже, смерть немного сгладила углы. А теперь помолчи минутку, осталось одно незаконченное дело.