Гран-Перл, не промолвив ни слова, устремила на юношу пристальный взгляд. Эти глаза, казалось, были способны проникнуть в суть самых сокровенных тайн, усмирить страсти и изгнать демонов. Иногда, если на тебя долго смотрят в упор, не стоит торопиться с выводами. Ведь причиной может быть не недостаток воспитания, а желание помочь, изменить твою жизнь. Юноше стало не по себе.
Он видел перед собой только Сохо и Гран-Перл. У мальчугана на лице застыло серьезное, напряженное выражение. Гран-Перл, не отрывая от юноши проницательного взора, затянулась пахитосой и дым выпустила так, что он послушно повис прямо у него над головой. И пока облачко не рассеялось, провела ладонью ото лба к затылку, едва касаясь волос, будто приглаживала их дымом.
Проделав эти пассы, мулатка склонилась к нему и прошептала на безукоризненном французском языке:
— Она умерла. Ищи ее на кладбище.
Всю ночь юноша мучился кошмарами и проснулся едва рассвело. Она умерла… Могла ли Гран-Перл знать о ней?
Охваченный тревогой, юноша направился к церкви. На центральной площади Нового Орлеана ему уже доводилось бывать — здесь находилась мэрия. А рядом с ней стояла приходская церковь с недостроенным пресвитерием. Юноша обратился к священнику, отцу Баффону, с просьбой взглянуть на метрические книги, объяснив, что разыскивает свою мать.
— Я тоже француз, знаете ли… Ах, добрая старая Европа! — расчувствовался падре, жизнерадостный и словоохотливый старик невысокого роста, в профиль напоминавший грача, и, пригласив юношу следовать за собой, плавной походкой направился в ризницу. — Человек, на чьи деньги построена наша благословенная церковь, тоже европеец, точнее — испанец? Дон Андрес Альмонастер-и-Рохас, уроженец небольшой андалузской деревушки, разбогател в колониях и стал одним из самых состоятельных людей Луизианы и обеих Флорид. И щедрым благодетелем святой Церкви. — Он понизил голос и оглянулся, будто разглашая великий секрет: — Говорят, старый полковник на богоугодные дела потратил более трехсот тысяч песо. Увы, люди так много говорят, но почти никогда не жертвуют значительных средств на то, что ведет к вечной жизни, вы не находите? А вы верите в вечную жизнь?
— Возможно, она действительно существует.
— Понимаю, вам хочется доказательств… Первую церковь, возведенную на этом месте, — продолжил рассказ священник, открывая дверь в ризницу, — в 1722 году разрушил ураган. Вторая сгорела в пожаре 1788 года. То было настоящее проклятье, но Господь в Своем бесконечном милосердии не оставил нас без попечения и позаботился о даре дона Андреса. Собор, где мы с вами находимся сейчас, заложен в 1789-м, освящен в 1794 году, и, надеемся, благодаря нашим молитвам когда-нибудь станет кафедральным. Если не вмешается нечистый. Кто может быть в чем-то уверен в нынешние времена? — завершил он, с лязгом захлопывая решетку двери. — Да, кстати, вы знаете дату смерти вашей матушки?
— К сожалению, нет, падре. Я даже не знаю наверняка, умерла ли она.
— О, Господи! Неисповедимы Твои пути! — воскликнул отец Баффон.
В течение нескольких часов они просматривали все записи начиная с 1792 года до самых последних дней, но и по окончании поисков судьба Клер-Мари Ласалль осталась неизвестной.
— Вас должна утешать мысль, что, по крайней мере, точка в поисках не поставлена, сын мой…
Юноша мог счесть дело закрытым, если бы не одна деталь, не дававшая ему покоя.
— Послушайте, отче, в книге зарегистрирована кончина Клер-Мари Дюбуа, умершей 4 июня 1797 года во время эпидемии желтой лихорадки. Покойную похоронили на кладбище Святого Людовика. В записи не содержится сведений ни о ее родителях, ни о детях. Однако она состояла в браке с Бертраном Дюбуа, и на полях сделана пометка, отсылающая к соответствующей записи в книге венчаний за предшествующий, 1796 год. Спустя примерно два месяца после ее смерти похоронили и вдовца, Бертрана Дюбуа, который тоже умер от желтой лихорадки. Если Клер-Мари вышла замуж за Бертрана Дюбуа в Новом Орлеане, за год до смерти обоих супругов от желтой лихорадки, и взяла в браке фамилию мужа, как могло получиться, что Клер-Мари Дюбуа фигурирует в реестре пассажиров кораблей, прибывших в 1793 году, то есть за три года до свадьбы?