Кажется, я спала. Но даже в этом сумрачном состоянии ощущала себя невероятно слабой, как будто снова оказалась в плену у ведарси, опоенная пиргитом. И… мокрая?
— Максимилиан, — с трудом разомкнула я губы. Перед глазами плавали золотистые пятна.
— Тише, тише, — прошептал князь, прижимая меня к себе и баюкая. — Все в порядке. Я же говорил, что не дам тебя умотать этим идиотским подобием обряда. Правда, пришлось вас всех водой отливать, как загулявших кошек, но ты ведь меня простишь?
— Я… — меня скрутил приступ кашля. Но самочувствие улучшалось. Головокружение и слабость потихоньку отступали. Зрение прояснялось. Я уже могла разобрать опрокинутые столы, какой-то железный хлам в углу… Ах, дорогущая лабораторная установка, кажется…
Откуда-то из-за спины доносились негромкие голоса. Риан спорила с Айне, но о чем — я разобрать не могла.
— Ксиль… У нас получилось?
Объятия стали крепче. Я только сейчас заметила, что князя колотит дрожь.
— Нет, — тихо сказал он, касаясь губами моего мокрого затылка. От сквозняка становилось холодно. — Не получилось. Из-за меня, наверное. Но я не мог…
Он осекся.
Я повернула голову, пытаясь взглянуть в сторону «бездны».
Там, за демонстрационным стеклом, творился самый настоящий хаос. Свет, тени, клубы дыма, искаженное пространство… Как будто квинтэссенция Эфемерата девяти отражений, но я чувствовала, что к сфере Айне это никакого отношения не имеет. Слишком чужое.
Там, где раньше была дверь, а теперь — только гладкая поверхность стекла, стоял Холо, непривычно серьезный и погруженный в себя. Его пальцы оглаживали простой ключ от сейфа, каким-то немыслимым образом наполовину вплавленный в стекло.
— Холли закрыл «бездну» в отсеке, — с особенной интонацией произнес Максимилиан. В его голосе было настоящее уважение, почти трепет. — И это была не магия. Он просто каким-то образом загнал все отростки «бездны» в отсек с оборудованием и закрыл его на ключ, — если бы это говорил не князь, я бы решила, что в голосе проскользнули истерические нотки. Но Максимилиан и истерика? — И излучение как ножом отрезало. Как ты думаешь, этот Холо вообще человек?
Вопрос прозвучал с суеверным страхом. А я невольно подумала, что Холли, если он правда бессмертен и способен открыть и закрыть любую дверь, отрицая всякие законы магии, действительно не подходит под определение человека. Или даже Древнего.
Неужели он… один из Вечных?
Да нет, бред.
— Ксиль, получается, «бездна» уже больше не опасна? — осторожно спросила я, не отводя от Холли изучающего взгляда. Седоватый, прямая спина, усталое лицо. И не человек… Кто же? — Если он ее закрыл?
Холо внезапно обернулся к нам, как будто слышал все до последнего слова.
— Закрыл врата? — произнес он громко, пресекая все разговоры. — О, нет, увы нам и увы. Я лишь закрыл эту комнату. Но «бездна» скоро поглотит сами стены, обращая камень в подобие себя. И тогда даже Ключ от всех дверей ее не удержит. Есть двери, Найта, — внезапно обратился он ко мне, — есть двери, которые надо не закрывать, а разрушать, раз и навсегда.
Я слушала его, не в силах отвести взгляда от хаоса за лабораторным стеклом, а в ушах звучало набатом:
— …разрушать, разрушать, разрушать…
Глава 22. Врата
Глухой голос Риан едва пробился сквозь пелену дурноты.
— Сколько у нас времени?
— Час, милая моя. Едва ли больше двух, на самый крайний случай. Видать, на нас изрядно осерчала «бездна» за жалкую попытку усмирить.
— Холо, вы полагаете, что артефакт разумен?
— Быть может, так, а может, нет, любезная Риан. Но все ж нисколечко не сомневаюсь, что после ваших действий опасность многократно возросла…
Я попыталась сесть, но голова кружилась слишком сильно. Потом к губам прислонили край чашки и ласково попросили:
— Выпей это, пожалуйста, Нэй. Приступ может повториться.
Дэриэлла я привыкла слушаться беспрекословно, поэтому чашка опустела в три глотка. От лекарства действительно стало получше, причем почти сразу. Судя по вяжущему привкусу и запаху, слегка похожему на кунжутное масло, целитель напоил меня укрепляющим составом в достаточно высокой концентрации. Тем самым, который мы готовили для Кея Мейера.
— Не поможет, — я все-таки села со второй попытки самостоятельно, не опираясь на Максимилиана. — У меня все признаки энергетического истощения — внезапное ухудшение самочувствия после заметного улучшения, нарушение зрения, слабость и невозможность пользоваться магией. Дэйр, мне надо отоспаться хотя бы пару часов, здесь даже «энергетики» не помогут, ведь не жизненные силы истощены…