Выбрать главу

11 июля в пять часов вечера в Рейкьявике наконец-то начался финальный матч по шахматам за звание чемпиона мира между Спасским и Фишером. На него пришло около трех тысяч болельщиков, еще больше зрителей собрала телетрансляция этого поединка. Первая партия проходила крайне напряженно. Уже на 29-м ходу Фишер ошибся — взял слоном крайнюю белую пешку и потерял слона. В итоге партию выиграл Спасский. Советские СМИ ликовали, предрекая победу в матче нашему гроссмейстеру. Однако радоваться было рано. Впрочем, не будем забегать вперед.

Непростые чувства переживал в те июльские дни Борис Бабочкин. Он давно лелеял мечту — заново поставить на сцене Малого театра "Грозу" А. Островского вместо старого спектакля, однако на пути этого замысла внезапно встал директор театра Михаил Царев. Утром 11 июля Бабочкин пришел на прием к Цареву, но тот повел себя не по-джентльменски — продержал посетителя в приемной более полутора часов. А жара в те дни в столице стояла просто африканская! в итоге Бабочкину стало плохо с сердцем. Он отправился в медсанчасть театра, где ему сделали укол. Вроде бы полегчало. Оклемавшись, он вновь пошел к Цареву. Далее послушаем его собственный рассказ:

"Наконец Царев соизволил меня принять.

— Да?..

Я начинаю опять:

— Ну зачем все это делать? Пьеса в плане, записана за мной, я, может быть, уже больше ничего не успею ни поставить, ни сыграть вообще, зачем отнимать у меня последнюю работу и т. д.

Пауза минут семь. Курит, принимает в кресле разнообразные позы. Наконец:

— А что Равенских? (главреж Малого. — Ф. Р.):

Говорю: хитрит.

Опять пауза и позы. Наконец:

— Он мне звонил сейчас. Он против того, чтобы ты ставил "Грозу". Ведь разговор шел о том, чтоб ты ее ставил вместо "Фальшивой монеты".

— Этого не было.

— Так что же, я вру?

— Я знаю только, что я не вру, потому что я вообще никогда не вру.

— Ну если так, то говорить, я думаю, не о чем.

— Так какой же будет результат моего визита?

Опять пауза и позы:

— Очевидно — отрицательный.

— Ну, уговаривать я тебя больше не буду. Но согласиться с тобой не могу, и теперь не только мне, а всем станет ясно, что театр боится не плохих спектаклей, а хороших. Это после "Фальшивой монеты" (премьера состоялась в начале июня. — Ф. Р.) вы в себя прийти не можете. Для вас хороший спектакль — нож острый. А в "Грозе" он еще поострее будет.

Я ушел…"

Забегая вперед, скажу, что "Грозу" Бабочкин все-таки поставит, однако случится это не скоро — только летом 1974 года. А пока он сильно расстроен, плохо себя чувствует. Дополнительных переживаний добавляет и то, что один из лучших его спектаклей — "Фальшивая монета" — даже не удостаивается чести играться на главной сцене Малого театра, а идет в филиале, причем в планах на сентябрь должен идти только три раза в месяц. Единственным светлым пятном в те дни для Бабочкина было то, что 14 июля худсовет "Мосфильме" (в него входили: Сергей Бондарчук, Лев Рошаль, Вера Строева — супруга Рошаля, Григорий Марьямов и др.) принял к постановке его сценарий "Сказки Мельпомены". По словам самого Бабочкина: "Все обсуждение заключалось в совершенно, я бы сказал, необузданных комплиментах".

В эти же дни в Бауманском районном суде проходит суд (шел до 12 июля) над бандой Геннадия Карькова по прозвищу Монгол. За последние два десятилетия это был первый суд над крупной вооруженной бандой в столице (в нее входило более 20 человек). Именно этим объяснялось то, что меры безопасности в здании суда и его окрестностях были приняты беспрецедентные: туда нагнали милицию, военных, случайные люди на слушания не допускались.

Как мы помним, костяк банды состоял из неоднократно судимых людей, которые "бомбили" в основном воротил теневого бизнеса: торговцев наркотиками, разного рода спекулянтов, фарцовщиков и т. д. Расцвет банды пришелся на 1970–1971 годы. С лета 71-го на след "монголов" вышли сыщики МУРа во главе с начальником отделения 2-го отдела А. Фроловым, которые заставили банду буквально разбежаться в разные стороны — ее участников потом отлавливали чуть ли не по всему Союзу (сыщики выезжали в Боровск, Харьков, Фрунзе, Чечено-Ингушетию). Переловили всех, вернее, почти всех. Например, в материалах уголовного дела № 8055 пять раз упоминалось имя Вячеслава Иванькова, но к суду его так и не привлекли за недоказанностью этих эпизодов. Тем не менее в отношении других обвиняемых у суда доказательств хватило: Карьков получил 10 лет тюрьмы и 5 лет ИТК строгого режима, еще четверо его подельников были осуждены на сроки от 10 до 12 лет. Оправдательных приговоров не было.

13 июля в Рейкьявике должна была состояться вторая партия шахматного матча между Спасским и Фишером. Но она не состоялась по причине неявки на нее Фишера. Не пришел же он потому, что организаторы матча не удовлетворили его просьбу — убрать из зала якобы скрытые там видеокамеры, направленные исключительно на него. Аргументы, что никаких камер в зале нет и быть не может, Фишер проигнорировал. В итоге, прождав его час, судья матча засчитал Фишеру поражение. Счет в матче стал 2:0 в пользу Спасского. Теперь уже не только советские СМИ, но и многие зарубежные поспешили поставить на американце крест: мол, не видать ему чемпионского титула. Но и они поспешили в своих выводах, поскольку уже 16 июля Фишер выйдет на третью партию во всеоружии и сократит разрыв до минимума — 1:2.

14 июля в Москве женился популярный киноактер Сергей Никоненко. Стоит отметить, что это был уже третий брак актера, причем два первых продлились почти одинаково: первый — два года, второй — полтора. Однако на этот раз Никоненко собирался жениться всерьез и надолго. За своей третьей супругой Катей Ворониной он ухаживал несколько лет — с тех пор, как в конце 60-х познакомился с ней во ВГИКе, где она училась на актрису, а он — на режиссера (до этого Никоненко уже успел закончить актерский факультет). Катя оказалась девушкой с характером, поэтому ухаживания взрослого и именитого мужчины долгое время воспринимала довольно сдержанно и в общении с ним старалась во всем подчеркивать свою независимость. К примеру, когда Никоненко приглашал ее в театр, она всегда платила за билет сама. Так продолжалось несколько лет, пока>в июле 72-го неприступная крепость наконец не сдалась.

Тем временем Александр Збруев наконец-то приезжает в Москву и сразу же отправляется на съемки "Большой перемены". 14 июля и на следующий день в 3-м павильоне "Мосфильма" снимали эпизоды в декорации "квартира Ганжи": Ганжа выясняет отношения с женой — учительницей литературы Светланой Афанасьевной (Наталия Богунова); к ним на квартиру внезапно приходит Нестор Петрович. Помните, Нестор вызывается отнести "забытые" учительницей сумки с продуктами, но в недоумении наблюдает, как Ганжа с аппетитом уплетает ее колбасу. "Это же ее колбаса!" — восклицает учитель истории. "Понимаю, потому и не могу ничего с собой поделать", — отвечает Ганжа.

В тот же день в Нальчике началась экспедиция группы, снимающей фильм "Земля Санникова". Как мы помним, после скандала, устроенного актерами в марте во время экспедиции под Ленинградом, было принято решение заменить одного из актеров — Сергея Шакурова. На его место взяли Юрия Назарова. Его работа над ролью началась именно с нальчикской экспедиции. Вот как он сам об этом вспоминает:

"Прилетел я на Северный Кавказ. В аэропорту у самолета меня встречал Мкртчян (Альберт Мкртчян — один из режиссеров фильма. — Ф. Р.). Мы познакомились. Уже на месте я начал догадываться, что чем дальше, тем будет хуже. Знаете, все, что есть в человеке — ум, благородство, любые яркие душевные качества, — всегда светятся, их никуда не спрячешь, они на виду. Так и с полной их противоположностью. Это был как раз тот самый случай…"

Между тем другой актер — Олег Даль — на съемки в Нальчик приехал со своей женой Елизаветой. Как мы помним, всего лишь месяц назад в отношениях супругов едва не наступил окончательный разрыв (Лиза даже вернула Далю обручальное кольцо), но теперь все плохое забыто, и они вновь наслаждаются жизнью вместе. После пьяных гастролей в Горьком (на одном из спектаклей — это был не любимый им "Выбор" — Даль так "нализался", что лег по ходу действия на шкуру белого медведя, расстеленную на сцене, и потом не смог с нее встать, из-за чего его пришлось поднимать коллегам-артистам) его вынудили написать заявление об уходе из ленинградского Ленкома, но Даль не сильно переживает — сам давно хотел уйти из этого театра. Отмечу, что до поездки в Нальчик Даль в течение нескольких дней работал на "Ленфильме" (в филиале Сосновые поляны), где в павильонах режиссер Иосиф Хейфиц начал снимать картину "Плохой хороший человек". Даль играл в нем одну из главных ролей — Лаевского.

...