— Ты в Ункерте раньше бывал? — поинтересовался он у меня.
— Нет, — честно признался я.
— Ну, в общем-то, за тебя я не волнуюсь, — пояснил Страж, — просто помни: здесь к закону относятся особенно уважительно, никаких драк и дебошей и — боже упаси тебя препираться со стражниками! В городе много приезжих и стражи порядка с ними особенно не церемонятся. Поглядывай на Натана — он раньше тут бывал.
Оборотень решительно закивал головой.
Предостережения Жака меня особенно не смутили — в душе я всегда был против потасовок, в кармане звенела кое-какая мелочь и мне просто хотелось поглядеть на мир. Если Кэмлон был типичным ункентским городом, Ункерт мне определенно нравился. На память сразу пришел сент-аранский Нижний город, только улочки здесь были чуть шире, ухоженней и не столь многолюдны. Оштукатуренные двух-трехэтажные дома с многочисленными лавками и питейными заведениями образовывали более или менее ровные кварталы — ункертцы явно тяготели к порядку. Тут и там попадались тенистые зеленые скверики с цветниками и удобными деревянными скамеечками, такого в Сент-Аране я не видел.
О том, как много значит Кэмлон для обороны края, не давали забыть высокие стены пограничного ункертского форпоста, их можно было увидеть из любой точки города — громада крепости царила над домишками обывателей, золотые штандарты гордо реяли в вышине и алый грифон, словно живой язычок пламени, бился на полотнищах.
Гарнизон крепости жил своей собственной жизнью, я встретил на улице взвод марширующих солдат, прогулялся вдоль крепостных стен и сильно зауважал местные власти — века мира и присутствие магов не расслабили бдительности командования.
Укрепления выглядели именно так, как и должны — высокие каменные стены, обитые железом ворота с подъемной решеткой, пустошь в пятьдесят локтей шириной между ближайшими домами и глубоким рвом. Пограничники Ункерта бодро шагали по улицам, не страдали излишком веса и были прекрасно вооружены. Мне бы понравилось жить в таком месте.
Правда, у горожан обнаружилось предубеждение против собак — в трактир нас с Натаном не пустили, я решил проявить солидарность и мы перекусили пирогами, купленными у уличного торговца.
Неторопливая прогулка затянулась до вечера, на прогретых солнцем улочках потянуло холодной сыростью — напоминанием о близости болот — и я начал искать дорогу к «Озерному королю».
Натан бодро трусил впереди, безошибочно находя путь в пестроте городских кварталов. Мы вернулись к гостинице довольно поздно, но прежде, чем сумерки превратились в ночь.
Оборотень насторожился первый, я расслышал шум, только когда мы вошли в ворота — в доме определенно ругались, в подвале выли и шипели кегары. У дверей, со скучающим видом, стояли два крепыша в невыразительно серой одежде, в которых я сильно заподозрил Стражей.
Какого черта происходит? Конечно, здесь Ункерт и почем мне знать, чем обычно занимаются Стражи, но столь близкое присутствие слуг Гильдии лишало меня душевного равновесия. Я непринужденно проследовал к нашим фургонам, занимающим всю левую часть двора и невзначай запустил руку под правый борт ближайшего. Меч Лун по-прежнему был в своем тайнике, завернутый в зачарованную Ирвином кожу.
Я лениво привалился к фургону, держа под наблюдение двери дома, и шепнул Натану:
— Постоим здесь, может, дело не в нас, но кто знает?
Оборотень присел рядом, изображая утомленную дворнягу. Дверь гостиницы распахнулась и в нее протиснулись двое в сером, тянущие за собой третьего со скрученными за спиной руками. Связанным был Мастер Лезвий.
Я вытянул Меч из тайника и сунул оборотню в зубы.
— Беги, спрячь, свяжись с Крабатом! — Натан колебался. — Быстро, тебя не задержат! — Волк повернулся и затрусил к воротам.
— Эй! — раздался зычный окрик, Натан опрометью вылетел на улицу, а я, с миной легкого недоумения на лице, повернулся к спешащему ко мне верзиле.
— Это вы мне, сэр?
— Тебе, придурок! Ты — циркач?
Я позволил себе проигнорировать грубость:
— Я — артист.
— Одна зараза. Иди сюда! — верзила протянул ко мне руку и я разглядел под просторной одеждой плотную серебристую кольчугу. Точно, Страж! Не моя весовая категория. Я пожал плечами и пошел за ним, меня быстро и аккуратно связали.
Через пару минут во дворе были все наши и дюжина вооруженных охранников. Они обмотали своими чертовыми веревками всех, даже женщин, правда, руки им связали спереди. Коротко стриженный белобрысый тип, явно начальник, критически осмотрел нас: