Мирен хотел что-то ответить, но свет ослепил его, и он провалился в темноту.
Он открыл глаза в белой комнате. Гудение аппаратуры било в уши. Над ним склонились люди в белых халатах.
— Пульс нестабилен! — сказал один. — Мы теряем его!
— Нет, — возразил другой, высокий мужчина с холодными глазами. — Он адаптируется. Просто зафиксируйте показатели. Мы должны понять, где граница между сном и реальностью.
Мирен попытался пошевелиться, но тело не слушалось. На его груди мерцали датчики, руки были привязаны мягкими ремнями. Сквозь полусонное состояние он услышал обрывки диалога.
— Мы зафиксировали мощный выброс. Трещина расширяется. Если он прорвётся…
— Если прорвётся, — перебил мужчина, — значит, мы наконец-то докажем нашу теорию.
Мирен хотел закричать, но вместо этого его сознание снова качнулось.
📖 Запись Наблюдателя:
"03:47. Субъект вышел за пределы допустимого. Он осознал силу, но пока не понимает цену. Вмешательство учёных ускоряет процесс. Я должен решить: продолжать наблюдение или вмешаться. Но вмешательство изменит всё.
Его страхи материализуются быстрее, чем ожидалось. А если он дойдёт до конца — кто из нас выживет?"
Мирен снова оказался в тумане.
Но на этот раз он не был один. Перед ним стоял человек — точнее, фигура в тёмном плаще, лицо скрыто. В руке у незнакомца был посох, а вокруг него дрожало пространство, как над раскалённым асфальтом.
— Ты — это я? — спросил Мирен.
Фигура молчала. Потом подняла посох, и земля под ногами дрогнула.
— Нет, — сказал незнакомец глухо. — Я — тот, кем ты можешь стать. Или тот, кем ты уже был.
И прежде чем Мирен успел что-то ответить, мир разорвался новым боем.
Мирен и фигура в плаще стояли друг напротив друга. Пространство вокруг них вибрировало, и казалось, что сама реальность готова разорваться. Каждый вдох давался тяжело — воздух был плотным, густым, словно его приходилось пробивать.
Фигура подняла посох, и в ту же секунду площадь, на которой они стояли, зашевелилась: каменные плиты вспухли, из них поднялись осколки, образуя защитный круг вокруг незнакомца.
— Ты думаешь, что это твой сон, — произнёс он низким голосом. — Но здесь правила диктую я.
Мирен сжал кулаки. Ему не нужно было оружие: он вспомнил о клинке света, и тот вновь возник в его руке. Лезвие загорелось, будто отражая его собственное сердцебиение.
— Если ты — моя тень, — сказал он, — значит, я могу тебя уничтожить.
— Попробуй, — ответил незнакомец, и его фигура вспыхнула черным пламенем.
Они бросились друг на друга. Мир содрогнулся. Удар света встретился с ударом тьмы, и пространство разорвалось — вокруг открылись порталы, в которых мелькали обрывки миров: детская комната Мирена, пустыня с мёртвыми деревьями, лаборатория с холодными лампами.
С каждым движением Мирен ощущал, что его силы растут, но вместе с ними росла и ярость. Он чувствовал, как внутри просыпается что-то чужое — тёмное, дикое.
Фигура ударила посохом в землю, и пространство под Миреном провалилось. Он едва успел оттолкнуться и завис в воздухе — впервые в жизни почувствовав, что может летать. Мгновение — и он ринулся вниз, врезаясь в своего противника с силой урагана.
Ослепительная вспышка озарила площадь.
Белая комната лаборатории.
Аппараты зашкаливали, экраны показывали хаотичные линии. Один из учёных срывал с головы наушники.
— Это невозможно! Его мозг не выдержит!
— Он уже выдерживает, — холодно ответил руководитель. — Смотрите: нейронные связи перестраиваются прямо на наших глазах.
— Но если он прорвёт границу, мы не сможем его вернуть!
— Зато мы получим доказательство существования стабильной параллельной структуры сознания.
Женщина-оператор, до этого молчавшая, сжала кулаки. Её глаза блеснули тревогой.
— Вы обращаете человека в оружие. Вы понимаете, что делаете?
— Мы создаём ключ, — перебил её руководитель. — Мир давно нуждается в том, кто сможет пересекать границы.
В этот момент датчики загудели так, что стены дрогнули. Лампы мигнули, и на мониторе мелькнуло… лицо. На долю секунды — и исчезло. Но все его видели: тёмный капюшон, глаза, горящие холодным светом.