Он сделал шаг вперёд. Сразу же где-то рядом раздался звон колокола. Глухой, тянущийся. Удар, ещё один, ещё. Но стрелки на часах башни, что высилась в центре площади, оставались неподвижными. 03:47.
— Ты чувствуешь? — донёсся знакомый голос.
Из тумана снова вышла та фигура в плаще. Она не шла — скользила, оставляя за собой золотистый след, который мгновенно гас.
— Что происходит? — сорвался с губ Мирена вопрос. На этот раз голос подчинялся ему.
— Город дышит, — ответила фигура. — Он реагирует на тебя.
Словно подтверждая её слова, рядом послышалось странное шипение. Из дымки вынырнули силуэты. Высокие, искажённые, будто сотканные из обрывков чёрной ткани. Их было трое, и каждый шаг сопровождался сухим треском, как будто ломали ветки.
Мирен инстинктивно попятился. Сердце ударяло так, что он чувствовал вибрацию в пальцах.
— Что это за твари? — спросил он, стараясь удержать голос ровным.
Фигура чуть повернула голову, и тень от капюшона дрогнула.
— Это твои мысли, — ответила она. — Они всегда приходят первыми.
Существа резко сорвались с места. Туман вспыхнул и зашипел, когда они понеслись прямо на него.
Мирен сделал шаг назад — и провалился. Камень под ногой вдруг исчез, и он ухнул в темноту.
Падение было коротким. Он ударился о что-то мягкое и пружинистое. Подняв голову, увидел: вокруг — коридор из сплетённых корней. Они шевелились, будто пытались обвить его, но останавливались в сантиметре от кожи.
Сверху донёсся шорох. Силуэты приближались. Они нашли его и в этом месте.
Мирен поднялся, и впервые с начала сна ощутил в руке тяжесть — словно сам воздух сгустился и превратился в предмет. Он посмотрел вниз: в ладони был клинок, тонкий и чёрный, отражающий тусклое свечение корней.
— Беги, или дерись, — прозвучал в голове голос фигуры. — В этом мире выбора третьего нет.
Коридор из корней жил. Они скрипели, изгибались, будто шёпотом подталкивали его вперёд. Мирен сорвался с места и побежал. С каждым шагом стены дышали, расширяясь и сжимаясь, как лёгкие.
Тени двигались быстрее. Их шаги не были похожи на бег — это был хлёсткий звук рвущейся ткани, будто чёрные силуэты прорывали сам воздух. Мирен чувствовал их дыхание в затылке, хотя они были далеко позади.
В коридоре мелькнули первые ответвления. Одно уходило вверх, другое вниз, третье — влево, куда-то в мрак. Каждый мигал собственным цветом: голубым, багровым, зелёным.
Он метнулся влево — и мир сразу изменился.
Под ногами оказался мост, переброшенный через пропасть. Внизу клубился туман, и оттуда тянулись гигантские руки — полупрозрачные, с длинными пальцами, и каждая тянулась схватить его за щиколотку. Доски моста были мокрыми, и каждый шаг отдавался пронзительным скрипом.
— Быстрее… — шептал в голове голос, но уже другой. Более низкий, с хрипотцой.
Мирен сжал клинок, но руки дрожали. На середине моста его догнали. Первая тень вырвалась из тумана и ударила. Её рука пронеслась над плечом, оставив в воздухе след, будто царапину на стекле.
Он развернулся и махнул клинком. Чёрное лезвие рассекло туман, и существо завыло. Из его тела брызнули искры, словно оно было сделано из углей. Но вместо того чтобы упасть, оно разрослось — стало шире, выше, глаза распахнулись, светясь белым огнём.
Доски под ногами застонали и проломились. Мирен рухнул вниз вместе с криком существа.
Падение длилось вечность. Мир подменялся сам собой: пропасть сменилась рекой, река превратилась в улицу, улица — в железнодорожные пути. Он упал на камни. Боль пронзила тело так реально, что он закричал, хватаясь за рёбра.
— Это же сон… — прошептал он. — Я должен проснуться…
В ответ над ним раздался гул. На рельсах впереди вспыхнули огни. Поезд. Но он двигался не по законам физики — то ускоряясь, то замирая, то двигаясь задом наперёд. Вагоны были прозрачными, и в каждом сидели люди. Мирен всмотрелся — и холод пробежал по спине.
Это были он сам. Десятки версий себя, застывших, как манекены: юный студент, усталый офисный работник, старик с пустыми глазами.