Мэри тут же поднялась из-за стола и больно ударилась об угол. В тот момент она этого даже не заметила, словно бы боль причинили кому-то другому.
— Что произошло? — спросила она.
— Приказ капитана, — коротко ответил мистер Харди, — мисс, вы должны как можно быстрее выйти на палубу! Небольшие технические проблемы, ничего серьёзного, но лучше бы вам было переждать наверху.
Мистер Харди был человеком крайне занятым. Ему нужно было обойти ещё несколько кают, и он, как и все прочие более-менее сообразительные члены экипажа, уже понимал, что у корабля серьёзные неприятности. Посему мистер Харди должен был торопиться.
— Подождите! — крикнула Мэри ему в спину. — Я… я не понимаю… что всё-таки произошло?
— Ступайте на палубу, мисс, — велел ей Харди, — и ни о чём не беспокойтесь. Только не забудьте, пожалуйста, надеть свой спасательный нагрудник.
Мэри озадаченно уставилась на жилет, который ей передал стюард. Сжавшееся в комок сердце её отплясывало замысловатый танец где-то в горле.
«Что происходит?»
На этот вопрос не было ответа. Мэри торопливо пролезла в нагрудник, снова пересчитала деньги и, набросив поверх пальто, поспешила в коридор. Теперь любопытных там стало ещё больше. Женщины и мужчины толпились у стен небольшими группками и уже не шептались, а зудели, как осы в потревоженном гнезде.
— Зачем нас туда сгонять в такое позднее время?
— Сказали, это приказ капитана…
— Но зачем?
— Говорят, какие-то технические проблемы…
— Господи помилуй, да разве могут быть проблемы у такого титана? Ведь они сами говорили, что корабль непотопляем!
Люди недоумённо размахивали руками, шептались и покачивали головами. Леди с веснушчатым лицом, расчувствовавшись, засопела носом и стала причитать вполголоса:
— Ах, моя бедная матушка, она всегда говорила, чтобы я не доверяла пароходам!..
В толпе незнакомых обеспокоенных лиц Мэри сразу заметила одно-единственное, что навевало смутные воспоминания. Из толпы обеспокоенных, растерянных пассажиров уверенно выплыла крепкая женщина в тёплом пальто, при чемоданчике и шляпке. Это была супруга врача, с которой мисс Мэйд познакомилась на борту.
— Мисс Джеймс! — обрадованно воскликнула жена врача и помахала Мэри изо всех сил. — Как я рада застать хотя бы одно знакомое лицо!
— Добрый вечер, — растерянно пробормотала Мэри, — простите, но вы понимаете, что происходит?
Супруга врача размашисто рубанула ладонью воздух.
— Нет! — откровенно заявила она. — Но этот мистер Харди упрямо требует, чтобы мы надевали нагрудники и шли на палубу. Не понимаю, зачем: там ужасно холодно, а у меня, может быть, бронхит. Любой доктор вам скажет, что с бронхитом нельзя подвергать организм переохлаждению!
Мэри осмотрелась. Знакомой массивной фигуры врача видно не было — только бесконечные косяки обеспокоенных и совершенно ничего не понимающих пассажиров. Стюарды с трудом проталкивались мимо них, заглядывали в каюты, раздавали жилеты и сгоняли людей к выходу на палубу, как стадо.
— Фу! — поморщилась супруга врача. — Как отвратительно! Мы заслуживаем более мягкого обращения!
Мэри встревоженно схватила её за руку.
— Послушайте, — сказала она, — это очень важно… вы не видели мою сестру?
Супруга врача поиграла бровями.
— Сестру? — деловито переспросила она. — Вашу?
Мэри уверенно закивала.
— Да, да, — подтвердила она, — мою сестру, вы её не видели? Если мистер Харди обошёл все каюты…
— Каждую, — уверенно покивала супруга врача, — моя была первой, и я видела, как он заглядывал во все без исключения.
— Вы не видели мою сестру? — отчаянно спросила Мэри. — Помните её? Это та девочка одиннадцати лет, которая едва не свалилась за борт… ведь вы же наверняка её помните…
Супруга врача озабоченно покивала.
— Да, да, я помню этого бедного ребёнка. Не могу сказать точно, но мне кажется, что я её не видела.
— Господи! — у Мэри похолодело в груди.
Супруга врача напрасно тянула к ней руку, пытаясь схватить и притянуть к себе. Мэри вдруг обрела ловкость и уверенность движений, которые раньше не наблюдала за собой, и метнулась прочь по коридору, наводнённому людьми. Взволнованные стюарды в нагрудниках раздавали их пассажирам, где-то у входа трубно призывали:
— Сюда, все сюда! Немедленно соберитесь у выхода на палубу! Надевайте нагрудники и спешите к выходу!
Мэри с трудом проталкивалась сквозь толпу. Со всех сторон на неё напирали хлопающие глазами леди и ожесточенно бормочущие проклятия под нос джентльмены, их было так много, что, казалось, они топили Мэри, душили, погребали под собой. Она с трудом вынырнула из бешеного человеческого потока лишь около противоположной стены. Мэри привалилась к панелям, с трудом переводя дыхание.
— Где же ты? — простонала Мэри.
Неукротимый вал тел рвался мимо неё по коридорам. Мэри аккуратно развернулась, чтобы никто не зацепил её и не утянул обратно в этот безумный водоворот, и присмотрелась к табличкам на дверях. Каюта Лиззи находилась прямо напротив её каюты, и дверь этой каюты не была заперта. Мэри тотчас налегла на дверь всем весом и едва было не провалилась в помещение.
Ничего здесь не изменилось: по-прежнему аккуратно была застелена кровать, по-прежнему несколько позабытых вещичек валялось на стульях и на комоде. Казалось, что Лиззи совсем недавно ушла из каюты, но Мэри знала, что Лиззи вовсе здесь не было. В этом помещении не чувствовалось обжитости, тут не витал дух человеческого присутствия, словно бы Лиззи только раз или два побывала внутри.
Мэри торопливо подошла к комоду и бесцельно провела по нему рукой. Она подняла небольшой альбом, в котором Лиззи рисовала вазы и бездомных кошек, и зачем-то сунула альбом под мышку, а огрызок карандаша положила в карман — к своей записной книжке.
— Лиззи, Лиззи, — зашептала Мэри, — неужели ты по-прежнему внизу?
Она опрометью вырвалась из каюты. Мэри так торопилась, что не успела ни уклониться, ни отшатнуться, когда в коридоре у неё прямо под носом неожиданно очутился маленький человечек в форме стюарда. Мэри пискнула и врезалась в стюарда, тот охнул и едва не упал.
— Господи! — воскликнула Мэри, отшатнувшись. — Простите, пожалуйста, вы не ушиблись?
Стюард слегка потёр пострадавшее плечо.
— Нет, нет, — вежливо заулыбался он, — вовсе нет. Пожалуйста, мэм, поспешите на палубу, нельзя терять ни минуты!
Но у Мэри на этот счёт было своё мнение.
— Мистер стюард! — она решительно схватила того за руку, — скажите, как мне попасть на палубы для третьего класса?
— Для третьего класса? Мэм, помилуйте, но вам нужно подняться наверх, как можно скорее, по…
— Я знаю, что таково распоряжение капитана! — сердито отрезала Мэри. — Но я отправлюсь вниз, потому что третьим классом плывёт моя сестра, и я хочу забрать её с собой!
— Мэм, вы не должны спускаться, — попытался образумить её маленький хрупкий стюард. — Прошу вас, отправляйтесь наверх и ждите дальнейших указаний. Вашу сестру выведут вслед за вами!
— Нет, я не хочу ждать! — Мэри отчаянно рванулась из рук стюарда. — Как попасть вниз? Я не оставлю свою сестру там, так что скажите мне, как мне спуститься, чтобы мы пошли, наконец, наверх?
Стюард неловко пробормотал:
— Прямо по коридору, а затем — на лифте вниз, мэм. Вы могли бы воспользоваться лестницей, но, право слово, вам лучше было бы отправиться наверх. Нет поводов для паники, мэм, вашу сестру выведут на палубу…
Мэри отмахнулась и опрометью бросилась по коридору. Столь туманные указания совершенно ничего ей не объясняли, и она могла лишь надеяться, что хотя бы в этот раз не заплутает в лабиринте коридоров. Навстречу ей неспешными волнами выкатывались пассажиры. Дама с крохотной сумочкой в руках била мужа перчатками по плечу и твердила:
— И зачем вообще туда идти? Ты же слышал: обычные технические проблемы! Неужели они стоят того, чтобы я мёрзла на палубе, да ещё и садилась в эти богомерзкие шлюпки? Ты хоть раз их видел вблизи? Я видела. Они отвратительны и совершенно ненадёжны! Куда более правильным решением было бы остаться в каюте, пускай сами надевают свои ужасные нагрудники и садятся в эти… в эти…