— Что ж, — сказала миссис Коллиер, — ты нашла свою записную книжку! Милая, пожалуйста, не могла бы ты представиться? Мне очень хотелось бы знать, как мне к тебе обращаться.
Лиззи пожала плечами и небрежно написала: «ЛИЗЗИ».
— Лиззи? Замечательное имя, очень красивое, — воодушевлённо похвалила её миссис Коллиер. Помолчав с мгновение, она негромко произнесла: — Хм… Лиззи… как ты спала сегодня?
Лиззи оставила этот вопрос без внимания. Она стремительно нацарапала в записной книжке один короткий вопрос: «ГДЕ МИСТЕР ЛОУ?»
Миссис Коллиер удивлённо похлопала ресницами. На её измученном лице возникло выражение искреннего непонимания.
— Мистер Лоу? Ты хочешь сказать… ты имеешь в виду мистера Лоу… который спас нас с «Титаника»?
Лиззи быстро покивала и опять повернула к миссис Коллиер записную книжку со своим вопросом. Миссис Коллиер беспомощно развела руками, её губы дрогнули. Она, в отличие от девочек, всё время бродила по «Карпатии», отыскивая то врачей, то стюардов, однако ей ни разу даже в голову не пришло поинтересоваться, что с их спасителем и где он.
— О, дорогая, я совсем не представляю, где он может быть, но я уверена, что мистер Лоу спасся… если тебя это интересует, я могла бы спросить у стюардов, хотя я даже вообразить не могу, зачем тебе…
Лиззи зло встряхнулась и захлопнула книжку. На нетвёрдых ногах она зашагала прочь из каюты, несмотря на отчаянные попытки миссис Коллиер задержать её и выяснить, что происходит.
На палубе «Карпатии» было прохладно и светло. Несколько ленивых пассажирок прогуливались у борта, с посвящёнными вздохами обмениваясь сплетнями. Лиззи даже не нужно было прислушиваться, чтобы понять: сплетничают они о крушении «Титаника». Океан был таким спокойным и чистым, так приветливо и весело мигал светло-синими водами, и небо над ним так ярко сияло, озарённое бликами солнца, отчего казалось удивительным и невероятным всё, через что они недавно прошли. Не мог этот дружелюбный и спокойный океан быть чёрным и бесстрастным, не мог этот океан поглотить всех, кому не повезло отыскать место в спасательной шлюпке.
К одной из мачт были прибиты длинные листы, все исписанные мелким, но ровным и чётким почерком. Лиззи заинтересованно подбрела ближе. Сердце её забилось чаще, когда она прочла заголовок: «Список спасённых с «Титаника» пассажиров».
Лиззи рванулась к мачте. Сердце у неё билось бешено и неровно, она запиналась, оступалась, и каждый вдох резал её лёгкие, как сотни остро отточенных ядовитых кинжалов. Лиззи не смогла остановиться вовремя, когда очутилась у мачты «Титаника», и ударилась о неё обеими ладонями, но не ощутила совершенно никакой боли. Она старалась перевести дух, глядя на лист, и перед глазами у неё танцевали яркие неровные пятна. Сзади к ней подошла женщина с ребёнком на руках и взволнованно начала бормотать:
— Б… Б… Браун… Бэкворт… Бэкуиз…
Лиззи, наконец, сориентировалась в списке. Лист был исписан от левого до правого поля мелкими чёткими буквами, и всё же позиций в нём было мало — слишком мало, как ей казалось, когда она вспоминала величественный корабль и ту толпу, что ломилась изо всех сил на его палубы.
«Мне нужна буква «Д», — сказала себе Лиззи и, подойдя к списку, стала водить по нему пальцем. Дама, которая пыталась отыскать кого-то, чья фамилия начиналась с буквы «Б», стояла позади неё и ничем ей не мешала, поскольку Лиззи едва доставала до её плеча, а дама искала в начале списка. — «Д»… Так… Дин, Миллвина… Джонсон… Дойл, Клара… Дойл, Бетти… Дойл? Дойл! — она радостно прикусила губу. — Господи! Так, выходит, это… Дойл, Джо… Джо! Джо, его сестра и его мама выжили! Джо!..»
Облегчение, накатившее на неё тёплой волной, едва не сбило её с ног. Лиззи пришлось ухватиться на мачту и прижаться к ней лбом: она с трудом могла удерживаться в вертикальном положении. Палуба как будто ускользнула у неё из-под ног, её словно подняли в небо и подвесили к солнцу. Все мысли исчезли у Лиззи из головы, кроме одной. Джо был жив — об этом шептало её сердце, выстукивая его имя неровной барабанной дробью.
«Джо жив! — пел, не останавливаясь, радостный звонкий голосок у неё в голове. — Джо спасся!»
Лиззи с трудом облизнула губы и выпрямилась. Дама над её плечом нервно продолжала водить пальцем по строчкам, её губы тряслись, и уголки глаз стали алыми. Она бормотала булькающим голосом:
— Бэкуиз… Барбер… Но где же Бейнбридж? Где Бейнбридж? Ведь он обещал? Он обещал!..
Женщина отчаянно ссутулилась и осела на палубу. Её плечи, шея — всё тело — сотрясались от рыданий.