Мисс Мэйд промолчала. Она долго глядела себе под ноги, будто с усилием обдумывая что-то, а затем выпрямилась и испытующе поглядела на Мэри.
— Мы давно дружим, — сказала она, — пожалуйста, дай мне ответ ещё на один вопрос, и я успокоюсь. Я успокоюсь и взойду на этот трап без вас, только если… если ты будешь честна со мной.
Лицо Мэри не изменилось.
— Да? — официальным тоном поинтересовалась она. — О чём ты хотела меня спросить?
— Хм… — мисс Мэйд пожевала нижнюю губу, тяжело вздохнула и поинтересовалась: — Мэри… ты и мистер Хаксли… ведь другая причина, по которой ты бежишь в Америку, связана с ним?
Взгляд Мэри остекленел. Опустошённая и вместе с тем — взволнованная, она смотрела сквозь мисс Мэйд и опять воскрешала в сознании недавние события: свою подругу, любезного мистера Хаксли, признание, не принёсшее счастья, и многое другое, что последовало за этим, о чём не хотелось вспоминать, но что не получалось забыть.
— Если бы ты спросила меня два или три месяца назад, — сказала Мэри, — я ответила бы «да».
Мисс Мэйд выдохнула. На её вытянутом лице, слегка припухшем от слёз, снова заиграли живые краски.
— Что ж, я рада, что ты забываешь о нём, — сказала она, — Оливер Хаксли никогда не стоил твоих слёз, дорогая. Между нами говоря, — она доверительно хихикнула, — мистер Хаксли — франт и пижон. И подкаблучник, к слову: выполняет все прихоти своей жены, а сам о своём счастье давно уже позабыл. Верь мне, Мэри, я общаюсь с ними даже после того, как они сыграли свадьбу, хотя я не раз говорила им, что меня их союз не вдохновляет.
— Как ни обстояли бы их личные дела, — пожала плечами Мэри, — я желаю им счастья. И тебе я тоже желаю всевозможных успехов, Симона. Береги себя.
— И ты, и ты, — прошептала та в ответ.
Вдвоём они поднялись из каюты на палубу. «Титаник» уже гордо стоял на якоре, застопорив машины. К бортам гигантского лайнера прилепились мелкие пароходики; а кругом него рассыпались, отважно покачиваясь на воде, мелкие лодчонки, над которыми был поднят английский флаг.
Палуба была запружена людьми. Пароходы соединяли широкие длинные трапы, по которым с «Титаника» на ждущий пароход перебирались люди. Их было совсем немного: три или четыре человека. Все прочие, столпившись у бортов, радостно гомонили, размахивали шапками и посвистывали. Мужчины громко обсуждали скорость подошедших пароходов; один из них, бывший яхтсмен, гордо рассказывал о своём судне, которое, увы, сгорело в прошлом году. Мужчины кругом рассказчика с пониманием покачивали головами и изредка бормотали что-то наподобие:
— Да, пожар для судна — самая страшная угроза!
— Вам повезло, что вы сами-то выжили…
По палубе курсировали в обоих направлениях стюарды. Они то спускались в каюты, то поднимались, сопровождаемые небольшими стайками пассажиров.
— На борт, все на борт! — кричали стюарды, призывая толпу ко вниманию. — Дамы и господа, внимание, внимание! Пассажиры, следующие маршрутом «Саутгемптон — Шербур — Квинстаун», вы прибыли! Прошу, пожалуйста, выстраивайтесь в очередь, ждите посадки!
— Дамы и господа, внимание, всем внимание! Пассажиры, следующие маршрутом «Саутгемптон — Шербур — Квинстаун»…
Мисс Мэйд порывисто обернулась к Мэри и снова схватила её за руки. Живая искренняя улыбка исчезла с лица мисс Мэйд.
— Удачного тебе плавания, Мэри, — шепнула она сдавленным голосом, — напишите мне, как только прибудете в Нью-Йорк, ладно?..
— Я напишу, как только освоюсь на новом месте, — сказала Мэри и печально улыбнулась, — не думаю, что это будет легко.
— Нет, не как только освоишься! — мисс Мэйд капризно дёрнула её за руку и повторила: — Как только вы прибудете! Понятно? Понятно?..
— Хорошо, хорошо, — Мэри аккуратно пожала её напрягшиеся руки и мягко развернула к борту. — Скорее, Симона. Ты опаздываешь…
Мисс Мэйд с тоской оглянулась через плечо, шагнула прочь — и тут же вернулась к Мэри. Её хватка стала ещё крепче.
— Мэри, — сказала она, — мы ведь никогда не расставались надолго. Я знаю тебя девять лет…
— Симона, — терпеливо напомнила Мэри, — твой пароход! Ты опоздаешь!
Мисс Мэйд судорожно всхлипнула, рванулась к Мэри и сжала её в объятиях. На одно ничтожное мгновение у Мэри перехватило дыхание и закружилась голова — а потом кто-то из торопящихся пассажиров случайно толкнул её и мисс Мэйд, и мощный людской поток оттащил их друг от друга. Мэри приподнялась на цыпочки, прижала шляпу к голове и помахала мисс Мэйд: та неуверенно барахталась в море пассажиров, не зная, куда ей теперь податься.