— Да так, — сказал он, — кочегар.
— Эх, — Лиззи подползла к Джо ближе и тоже откинулась на борт, — это неинтересно. Ей не понравилось бы. Тем более, что она уже и на корабле влюбиться успела… где-то в сотый раз, наверное.
Джо искренне развеселился.
— Да куда ей влюбляться? Она ведь дряхлая!
— Что за глупости ты повторяешь: дряхлая, дряхлая, — Лиззи оскорбленно фыркнула, — ей всего-то двадцать девять… наверное. Она просто выглядит старше. И да, она уже успела влюбиться в одного из помощников капитана. В того, за которым все бегают, в мистера Боксхолла. Надеюсь, она всё-таки снова решит, что ей нравится старый знакомый её брата, иначе, наверное, она и впрямь никогда замуж не выйдет.
Джо весело закулдыкал.
— С ума сойти, — сказал он, — я думал, это Джанет Боулс такая дура, что втрескалась в мистера Боксхолла…
— Что за Джанет? — подозрительно спросила Лиззи.
— А-а, — отмахнулся Джо, — одна девчонка, которая не даёт мне проходу. Недавно я узнал, что она бегает за мистером Боксхоллом… да и не только она, там целая куча таких же дурочек.
Лиззи выдохнула.
— Конечно, хорошо, что теперь никто за мной не присматривает, можно делать что пожелаешь, — медленно произнесла она, — но… но без мисс Мэйд будет скучно. Мне даже жаль, что я с ней так и не попрощалась.
— И почему это? — приподнявшись, заинтересованно спросил Джо.
Лиззи отвела от него взгляд: ей совсем не хотелось, чтобы он раскусил её.
— Я не знаю, — сказала она, — как только я подумала, что там будет Мэри и что она опять будет мной командовать, мне сразу расхотелось выходить прощаться. Да и мисс Мэйд… она такая глупая. Чуть что — сразу в слёзы.
— Странно, — сказал Джо, нахмурившись, — как будто тебе твоя сестра ни капельки не по душе.
— Она слишком скучная, — пожаловалась Лиззи, — и она… она гувернантка, этим всё сказано. Она считает, что все должны жить так, как она приказывает, а я не хочу этого. Поэтому я и не пошла прощаться. Но разве это так важно? Ведь я могу написать ей письмо, даже сейчас могу, — и она уверенно поднялась, — правда, его доставят только после того, как мы приплывём на место, правильно? Но ничего страшного, я о мисс Мэйд помню. Она глупая, но добрая. С ней намного проще, чем с Мэри.
— Нехороший поступок, — Джо неодобрительно покачал головой, — не моё это дело, Лиззи, но лучше б ты с ней попрощалась, честное слово. Неправильно, когда в плавании вы расстаётесь вот так.
— Но она же хорошо доплывёт, что с ней может случиться? — сердито воскликнула Лиззи. — Прошу, избавь меня от проповедей!
Джо молча поднял руки вверх.
— Лады, — сказал он. — Мне-то что. Мне, если так посмотреть, даже удобнее. Теперь мы с тобой можем делать что захотим, и никто нам ничего не скажет, кроме стюардов, но стюарды тупицы, даже ты можешь научиться их обманывать.
— Я уже умею, — возмутилась Лиззи, — мы уже столько раз встречались, и ни разу они тебя не увидели. Почему? Потому что я всегда помогаю тебе спрятаться.
— И большое тебе за это спасибо, Лиззи, — кивнул Джо, — до Нью-Йорка ещё далеко, и нам ничего не сделают, даже если и застукают, но попадаться всё равно не хотелось бы. Поэтому, Лиззи, канатами мы пользоваться будем. И постарайся не свалиться с них, ладно?
— Я не свалюсь, — торопливо пообещала Лиззи. — Я теперь знаю, как надо держаться.
Джо вздохнул и вынул из-за пазухи аккуратно сложенную плоскую стопку. Лиззи с сомнением присмотрелась к ней.
— Что это?
— Одежда, — Джо пожал плечами, — ведь ты же сама согласилась со мной, что платье для канатов не годится.
— Не годится, — понимающе кивнула Лиззи. — Но оно… вот эта вещь… оно точно выстиранное?
Джо закатил глаза.
— Слушай, ма и Бетти — завзятые чистюли. Именно благодаря им мы с отцом не похожи на свиней, так что бери, если ты…
Лиззи молча выдрала одежду у Джо из рук и придирчиво осмотрела её. Джо принёс простую светлую рубашку, такую же, как и та, что была надета на нём самом, и просторные штаны — всё из грубой ткани, такой жёсткой, что она неприятно щекотала Лиззи исцарапанные руки.
— И в этом вы ходите? — спросила она.
— Ага, — кивнул Джо, — каждый день.
— И на обед?
— И на обед, и на ужин… мы не ваши братья. У нас одна одежда на всякое время дня, носим, пока не замарается… па, думаю, наверняка носил бы до тех пор, пока она у него на теле не истлеет, если бы ему не было понятно, что дамочки не любят свинот, — Джо покачал головой. — Па мне как-то сказал: «Ключ к сердцу женщины — красивая рожа, Джо. Если ты ещё и чистый, ты на коне».