Такого призрака я не помнил. И ничего во мне не шевельнулось. Ни одной мыслишки не пришло, что что-то может пойти не так. Я нажал на кнопку экстренного пробуждения, но ничего не произошло.
Капсула не реагировала на физическое отключение. Внешнее управление камерой было отключено.
Нора подключилась к шине внешнего интерфейса и после синхронизации сообщила, что экстренный выход из гибернации на этой капсуле отключен. И что она может его включить. А саму процедуру выхода, нужно будет мне запустить.
Странно, - было единственной мыслью, что пронеслась у меня в голове. Я повторно нажал на выход из гибернации, ожидая ощутить благодарный отклик от призрака.
А вместо этого через мгновение передо мной появился призрак существа, что лежал в капсуле рядом. От неожиданности я подпрыгнул. Оно шипело и тянуло ко мне свои четыре конечности в ярости и желании разорвать меня, но в следующее мгновение растаяло в воздухе, оставив чувство бессилия и ярости.
- Что это было? – вслух спросил я.
- Не поняла? – уточнила Нора.
- Сейчас передо мной появился призрак этого колониста, и он был в ярости, - помолчав я добавил. - Похоже некоторые себя вполне хорошо чувствуют.
- Может стоит еще раз с сусоэном пообщаться? – спросила андроидша.
Я задумался. Действительно, нужно пообщаться с сусоэном еще раз – узнать, все ли колонисты желают освобождения. И что делать с теми, кого устраивает их положение.
- Уверен? – спросила андроидша, когда я выполнил комплекс «подготовки к использованию намерения» и форму прямого восприятия.
Я сел в неподвижность, ощущая, как все тело замерло и даже дыхание успокоилось настолько, что внешняя поверхность тела оказалась неподвижной. Чем неподвижнее тело, тем лучше ощущаются внутренние процессы и движения в энергетическом теле тоже. Мне потребовалось небольшое усилие по направлению моих волокон из живота в сторону сусоэна лагеря чтобы она тут же ответила.
Она была открыта к общению. Не уверен, что она испытывала радость и может ли сусоэн испытывать чувства. Но с энергией она взаимодействует, потому и эмоции в принципе должна испытывать.
- Среди колонистов есть те, что в ярости от того, что мы их отключаем. Кто они и что ты хотела бы что бы мы с ними сделали, - спросил я энергетическую сущность давно погибшего социума колонистов.
- Это ренегаты, которые предали лагерь. Именно из-за них колония погибла, – сусоэн была в бешенстве. Видимо это самые сильные чувства, которыми пропиталась сусоуэн к этим существам. - Их всех нужно отключить и сделать это в первую очередь. Все беды колонии из-за них. Они должны умереть.
К тем, что желают смерти я не испытывал сомнений. Они желают умереть, но не могут это сделать. Я исполнив их волю ничего в своей судьбе и энергетическом теле не меняю. Та энергия благодарности, что приходит ко мне становится моей и помогает. А вот убить тех, кто не желает этого и судя по всему приспособился к текущему существованию это совсем другое. Хоть сделать они мне ничего не могут - не угрожают моей жизни, но вот внести изменения в мое сознание они могут – ведь убийство живого, против его воли меняет сознание.
- Их нужно отключить. Им был вынесен смертный приговор нашим обществом, за предательство и убийство тысяч колонистов, - прервала мои размышления сусоэн. - Я как верховная социальная сущность выдаю тебе контракт на отключение всех капсул лагеря, включая капсулы Хашератов. А для подтверждения узри следующее.
Передо мной открылась картина уничтожения лагеря, то как это воспринимала сусоэн. И это было еще более страшно, чем воспоминания призраков. Тысячи крупных жуков появились в лагере, хватали детей и исчезали. Когда колониста хватал жук, он что-то быстро впрыскивал в тело своей жертвы и колониста охватывал ужас, от которого он замирал. Ужас каждого накладывался на ужас другого и через несколько минут сусоэн сама замерла от сковавшего ее группового чувтва. И ее чувство передалось всем колонистам. Атмосфера в лагере наполнилась какой-то густой субстанцией, что замедляла всех колонистов. Замирали даже те, которых еще не схватили. Весь лагерь был парализован. Слабые кричали, те, что должны были сражаться впали в паралич, не имея возможности даже двинуть головой. А потом напавшие добрались до зала гибернационных капсул. И к ужасу добавилось еще одно сильное чувство – Жажда. Мелкие особи испытывали неутолимую жажду. Выпить всех. И они пили и пили. Они высушили всех колонистов, что оставались в гибернационных капсулах. Даже несколько больших жуков, что их кормили оказались высушенными. Единственными, кто пережил эту трагедию были те, что находились в глокапсулах в своих комнатах. И в конце сусоэн показала мне несколько насекомоподобных существ, что стояли у отключенного генератора основного защитного купола. От них исходила радость успешно выполненного задания.