- Достаем луки и идем на песню, – я активировал мыслеречь, что бы Эван услышал мои слова.
- Может все-таки завтра, может твой отец приедет? – шепотом в мыслеком ответил Эван.
- Мы уже почти все сделали – Что мы в шаге от финиша развернемся? – повторил я вспомнившиеся слова отца.
- Ладно, - нехотя согласился Эван.
Отец говорил, что от умения подходить в короткие промежутки заключительного колена галферовой песни зависит успех всей охоты. И вот песни галфера стали следовать одна за другой, а мы быстро продвигаться на два-три шага в конце каждой песни.
Я двигался от дерева к дереву, так, чтобы все время быть скрытым от певца и галферих, что стали подходить по земле и самцу.
Через несколько секунд Эван сказал в мыслеком, что слышит все четыре колена песни и что он ждет меня. Я же еще не мог их различить и продолжал продвигаться. И через пять перебежек тоже смог разобрать все четыре части утренней песни галфера.
Теперь мы могли продвигаться только на два шага за раз – галфер был очень близко и нужно было быть очень осторожным.
- Я вижу его, – прошептал Эван. – Этот очень большой.
Действительно этот был больше меня, а распушенный хвост в диаметре был больше двух метров. Когда мы впервые увидели его, то я не смог точно определить его размер. Он ходил по ветви расставив в стороны крылья с белыми подкрылками и тряс своей головой с ярко красными бровями, напоминая эпатажного и сильно уставшего старика.
- Он на расстоянии выстрела, – сообщил я Эвану.
- У меня тоже, - его голос в мыслекоме дрожал от возбуждения.
- Ну что? К стрельбе?
- Да. Стреляем вдвоем. Кто попадет, тот и герой, – быстро проговорил Эван.
На следующей песне я вложил стрелу.
- Ждем, – шепчет Эван.
Окончание следующего четвертого колена.
- Взводим тетиву, – его голос стал еще тише.
Три колена песни.
- Наводим на цель, – он почти не дышит.
Два колена песни.
- Вдох.
Последнее клацанье.
- Пуск, – скомандовал Эван.
Песня оборвалась…
Тишина…
Галфер застыл…
И в следующее мгновение раздался сильный треск и гулкий, сильный удар о землю.
Мгновение и с земли с криками и оглушительными хлопаньями крыльев поднялись галферши.
Полный восторга я побежал к трофею. На земле лежала добыча. Но в ней не было ни одной стрелы. Я точно видел, что я попал. Моя стрела значит прошла на вылет. А где стрела Эвана?
- Эвана ты попал? Я что-то не вижу твоей стрелы, – я задрал голову наверх и в стволе торчала стрела Эвана. Моей же нигде не было и Эван не пришел. И Эван ничего не говорит. У меня по спине от поясницы до макушки прошел холодок.
- Эван, - прошептал в мыслеком я. – Эван ты меня слышишь, - но ответа не было.
- ЭВАН, - закричал я и бросив лук побежал в ту сторону откуда он должен был стрелять.
Через минуту я увидел его…
Эван лежал на земле внизу по склону лицом вниз и от его головы текла на снег красная струйка крови.
«Только не это Эван. Только не это», - я подбежал к другу и перевернул. Из его шеи торчал обрубок моей стрелы, а с виска свисал разбитый внешний мыслеком. Эван дышал, но был без сознания.
***
Эван открыл глаза и улыбнулся. Я ощущал его, как будто он стоял передо мной. В этот момент я осознал, что он был где-то совсем рядом. И следующее, что я понял, что Эван где-то на этой планете. Это был первый раз, когда я оказался на той же планете, что и Эван после того случая с клинками.
В следующее мгновение изображение Эвана стало отдаляться и вскоре превратился в светящуюся сферу, а через еще некоторое время удаления я ощутил пространство сусоэнов. И теперь я видел, что он связан энергетическими нитями с сильным сусоэном, который занимал территорию не одной планеты, но в то же время скрывался под другим более большим, но слабее, который жил на этой планете.
Я нашел Эвана. И знал, что он тут будет еще очень долго. И я смогу найти способ встретиться с ним - нужно только в этот раз незаметно улизнуть с планеты, и следующий раз так же незаметно прилететь.
01.10 Пора лететь
На рассвете небо затянули тучи. Вскоре пошел мелкий противный дождик. Мы ждали.
Я сидел в кресле в кабине пилотов. На экранах отображался окружающий лес и энергетический щит лагеря. Неспешно падающий с белого неба мелкий дождик на доли мгновения задерживался на границе щита, проявляя над ним водяной купол. По которому гуляли области, где дождь был сильнее и создавал иллюзию более плотного купола. Ветер гонял по куполу эти области более плотного дождя как ему заблагорассудится. То поднимал по куполу почти к его верхушке, то спускал до самой земли.