Ему не всё равно. И это делало ситуацию еще интимнее.
Рита вынула ногу из туфли, мягко опустила на пол и стала чуть ниже. Повторила со второй ногой и оттолкнула обувь в сторону.
Вадим не спеша забрал её бокал из руки, поставив рядом со своим. Едва касаясь, взял Риту за кончики пальцев и провёл в соседнюю комнату, где стояла большая кровать.
Он хотел ещё раз спросить, уверена ли она. Но, вспомнив историю про его вольность, отмеченную ею как преимущество, решил не подводить и сейчас.
Медленно подошёл, склонил голову и вдохнул запах её волос, нежно обнимая за плечи. Рита робко подняла руку и провела по ряду пуговиц рубашки. Этот ряд давно не давал покоя.
Она не думала об измене. Об измене мужа, или о своей. Сейчас она хотела другого мужчину и получила индульгенцию. Была абсолютно свободна и, как и её муж, делала то, что хочет.
Они не спешили, словно скорость могла смазать ощущения. Каждое прикосновение было на счету – как последнее.
Рита чувствовала себя двадцатилетним подростком. Робким и нерешительным. Как будто, её могли за это наказать и вызвать родителей.
Вадим же, напротив, был спокоен и последователен. Слегка приспустил джемпер с ее плеча, открывая ключицы и часть груди. Провел пальцами по нежной коже выше к подбородку, давая ей возможность чуть запрокинуть голову назад. Он рассматривал женщину в своих руках, не упуская ни малейшей подробности, словно ждал 10 лет этого момента и боялся его смазать.
Его губы коснулись тонкой шеи и, покрывая поцелуями сантиметр за сантиметром, двигались выше.
У Риты закружилась голова, и легкая дрожь пробежала по телу. Захотелось добавить скорости. Их губы соединились в поцелуе, заставляя дышать громче и двигаться быстрее.
Она вытащила его рубашку из джинсов и начала расстёгивать пуговицы у ворота одну за другой. Пуговиц было слишком много, и после очередной Рита с силой дернула края рубашки в разные стороны, давая мелким белым дискам сыпаться на пол.
Ей хотелось сделать это еще в машине.
Вадим освободил руки от лишней ткани, и она наконец-то могла спокойно дотронуться до него.
Он снял с нее джемпер и принялся расстёгивать ремень. Рита обожала смотреть, как мужчина расстёгивает ремень. В исполнении Вадима это выглядело особенно пошло и соблазнительно грубо ─ его веки были полуприкрыты, он не отрывал от нее глаз, быстро двигая руками. Рита почувствовала приятную сводящую боль в низу живота и стала непроизвольно переступать с ноги на ногу, сжимая колени.
Вспомнила, что оставила белье дома и чувствовала, как капля влаги беспрепятственно стекает по внутренней стороне бедра. Теплое ноющее болевое ощущение между ног приказывало как можно скорее прижаться к горячему мужскому телу.
Как давно она не возбуждалась с такой силой... Едва стояла на ногах. Рита быстро скинула юбку и шагнула к широкой низкой кровати, что была за спиной.
Вадим подхватил ее за бёдра, и они рухнули на холодное одеяло.
Первый секс с тем, кого ты уже давно хочешь – это всегда особый вид блаженства. Сброс напряжения, что копилось в томлении и ожидании, вызывает ураган эмоций и чувств.
Как долго в браке такое может продолжаться? Исчезает томление. Тело партнёра уже принадлежит тебе. Оно твоё. Оно доступно. Оно всегда под рукой. Захотел ─ взял.
С чужим телом не так. А ведь именно запретный плод столь сладок.
Ощущение предвкушения отупляет, как доза наркотика, и ты вдруг перестаёшь осознавать реальность. И, наконец, в момент соединения, освобождения, в момент разрядки, ты погружаешься в состояние эйфории. Но не из-за кульминации. А, скорее, из-за освобождения от навязчивой преследующей идеи попробовать, отведать этот запретный плод.
Всё. Плод отведан.
Ты свободен.
Иногда именно жажда нового секса даже сильнее эмоций от самого секса. И именно эта накопленная жажда делает ожидание первого проникновения, невыносимой.
Вадим целовал её губы, шею, грудь, спускаясь ниже и давая себе возможность освободиться от оставшейся одежды.
Рита почти дрожала, глаза прикрыты, щеки и губы покраснели. Он перевернул её на живот, прижимаясь сверху, давая почувствовать эрекцию, пальцами проверяя, что она мокрая и ждёт его.
Рита сжимала руками подушки, и ей казалось, что она сойдет с ума, если он сейчас же не войдет в нее. Боль между ног давила сильнее и становилась невыносимой.
Она оторвала бедра от кровати и приподняла их навстречу ему. Концентрация ожидания в теле зашкаливала и она завыла в подушку, давая понять, что больше ждать не может.
Дважды повторять призыв ей не пришлось. Вадим правильно понял и резким движением вошел в нее, не теряя больше ни секунды.