Хантер поджигал мое сердце. Он был безопасностью и добротой, и его губы на моих заставляли все казаться таким, будто все будет хорошо.
Мне нравился Рид… но я также влюблялась в Хантера.
Наша магия закружилась вокруг нас, и чувство покоя и защищенности осело в моем сердце. Я была именно там, где мне и суждено было быть… в руках Хантера, с его губами на моих.
Дверь кабинета открылась, и мы отпрянули друг от друга.
Это был Дэрил.
Мое сердце подпрыгнуло в груди, губы припухли, когда я коснулась их кончиками пальцев.
— Привет, Дэрил.
— Пандора. — Мое имя было лишь рокотом в его груди.
— Смерть. — Хантер заметно напрягся, приветствуя моего отца. — Не ожидал тебя.
— Очевидно, — отрезал он, прежде чем его взгляд остановился на мне.
Я вжалась в диван, слегка прячась за Хантером. Он был зол.
— Пандора, можешь дать нам минуту? — спросил Дэрил, и ярость в его взгляде напомнила мне родительское наказание, которое я видела только у Матери.
— Пожалуйста, не делай ему больно, — прохрипела я, горло пересохло и ныло.
— Смерть, успокойся. — Хантер заслонил меня от взгляда Дэрила. — Ты ее пугаешь.
Я услышала отчетливый выдох.
— Я не собираюсь его убивать. Мне нужно с ним поговорить.
— А как же я? — тихо спросила я. — Хантер был не единственным участником. Я не хочу, чтобы его убили или ранили.
— Я не причиню ему вреда, — прорычал Дэрил, скрестив руки и надувшись. — Обещаю, Пандора.
Я отодвинулась и взглянула на Дэрила. Он никогда мне не лгал. Если он сказал, что не причинит ему вреда, значит, не причинит.
Кольцо на моем пальце оставалось белым, и облегчение обрушилось на меня, как ливень.
Палец Хантера коснулся моего, привлекая мое внимание.
— Со мной все будет хорошо. Обещаю. Иди отдохни или позанимайся. Я найду тебя позже.
— Ой, да ладно, — проворчал Дэрил.
Я кивнула, переводя взгляд с одного на другого.
— Тогда увидимся позже.
— Конечно, звездочка, — пробормотал Хантер, и мои щеки вспыхнули жаром.
— Звучит неплохо, — кашлянул Дэрил.
Я поднялась на ноги и поправила сумку на плече, еще раз оглянувшись на них двоих, прежде чем закрыть за собой дверь.
Мое сердце бешено колотилось, пока до меня доходило, что только что произошло.
Дэрил застал нас с Хантером за поцелуем — и я сразу после этого оставила их наедине.
41
ХАНТЕР
Звук захлопнувшейся за Пандорой двери отдался эхом по моему кабинету — эхом, совпавшим с ритмом моего сердцебиения. В воздухе все еще витал запах карамели, напоминание о Пандоре и вкусе ее губ на моих. Я поцеловал ее, и она поцеловала меня… еще она поцеловала Рида. Но она была такой милой, честной и идеальной. Моя магия внутри меня взвинтилась, закручиваясь в торнадо эмоций.
Внезапная, жестокая хватка Смерти на моем горле вернула меня в настоящее. Он навис надо мной, его пальцы сжали меня, как тиски.
— Что это, блядь, было? Как давно это продолжается?
Мое дыхание сбилось, из горла вырвался сдавленный звук, когда Смерть вытянул из меня темную струйку души, и гнев исходил из каждой его поры.
Судьбы, мне пиздец.
— Это только что случилось! Я заботился о ней с того момента, как увидел, но только сейчас это стало романтическим, — прохрипел я, но не от боли. Только от дискомфорта. Казалось, он держал обещание, данное дочери, и при этом все равно заставлял меня расплачиваться за то, что я поцеловал ее.
— Зачем ты ее поцеловал? Она моя дочь! — Из его горла вырвался хныкающий звук, и хватка ослабла. — Я только нашел ее. Я не смог защитить ее раньше, но теперь могу. Я могу защитить ее от разбитого сердца.
— Думаю, она моя предначертанная Пара, — сумел выдохнуть я, слова вышли едва слышным шепотом.
— Что значит думаешь? — Хватка Смерти ослабла еще сильнее, но его глаза впились в меня, изучая, прощупывая. — Почему тогда связь еще не встала на место?
— Магическое истощение? — пискнул я свою теорию.
— Полагаю, это имело бы смысл, — уступил Смерть, отпуская меня и отступая назад, чтобы тяжело опереться о стол. Его фигура, обычно такая внушительная, словно сдулась, когда он закрыл лицо руками.
В комнате стало тихо, если не считать нашего тяжелого дыхания.
Я отшатнулся назад и со стоном снова сел на диван, проводя рукой по волосам.
— Я не собирался влюбляться в нее и пытался этого не делать. Но она идеальна.
Смерть поднял взгляд, и в его выражении смешались отчаяние и понимание.