Тени тянулись ко мне, но ужас сжал меня, и я побежала быстрее.
Мне нужно было убраться отсюда.
За мной шел демон страха, это было очевидно. Они играли со мной. Но я ведь не боялась их, правда?
— Пандора Грейвсенд, перестань, блядь, бежать! — рявкнул Хемлок, но его слова были как шипы, сжимающиеся вокруг моего сердца.
Я замерла, почти сорвавшись с края утеса. Посмотрев вниз, я почувствовала, как скрутило живот. До воды внизу было очень далеко.
Я резко развернулась, дыхание вырывалось из меня острыми, рваными вдохами. Холодный ночной воздух обжигал легкие, а сердце колотилось от страха. Мои широко распахнутые глаза обшарили местность, замечая Хемлока и Скела.
— Отойди от гребаного обрыва, принцесса! — крикнул Скел, его голос был таким же сорванным и хриплым, как мой. Он так крепко сжимал трубку, что пальцы побелели.
— Не устраивай сцену, мелкая. Давай, — уговаривал меня Хемлок так, будто я была диким животным, подняв руки ладонями ко мне.
— Пандора, тебе нужно отойти от обрыва. Сейчас. Твои эмоции меня убивают, — простонал Декс, выходя из теней между двумя другими.
— Почему вы так за мной гнались? — всхлипнула я, захлебываясь вдохом. — Я знаю, что я вам не нравлюсь, и это нормально. Теперь вы мне тоже, блядь, правда не нравитесь. Но зачем вы это сделали? Вы разве не видите, что только что натворили?
— Что мы сделали? Напугали гребаную благородную? — фыркнул Хемлок, но я видела узнавание в его мутных красных глазах. Он знал, что сделал со мной. Знал, что перешел черту.
Дрожащая улыбка потянула мои губы, пока я смотрела на них троих.
Они понятия не имели.
Горячие слезы сорвались с моих глаз и потекли по щекам.
— Просто напугали меня? Благородную? — из меня вырвался мокрый смешок. — Ты не просто напугал благородную, Брэм Хемлок. Ты травмировал демона, которого, блядь, признали благородной всего пять месяцев назад!
Он моргнул в шоке, его темные брови сошлись вместе.
— О чем ты говоришь? Ты же дочь Смерти, разве нет?
— Да, — выдавила я. — Но сначала я была дочерью своей матери. Меня держали прикованной в темном подвале всю мою гребаную жизнь с тех пор, как мне исполнился год. Она каждый день резала меня своими теневыми жгутами, потому что я не могла питаться болью, которую она мне причиняла. Потому что она думала, что я теневой демон! И я тоже так думала, пока она не распорола мне горло, чтобы убить, и мои силы не активировались. Я сожрала ее душу, а потом Дэрил нашел меня из-за моих сил. Он забрал меня к себе. Я все еще исцеляюсь! А вы трое, похоже, чертовски уверены, что не хотите, чтобы я это делала! — Мой голос был таким тихим, низким и хриплым, но все, чего я хотела, — это кричать на них. — Я просто хочу, чтобы боль прекратилась! Я хочу перестать бояться все время! — завыла я, сотрясаясь от рыданий.
— Пандора, — хрипло произнес Скел, ужас застыл в его глазах. — Я видел это. Тебя. О Судьбы, это была не иллюзия. Даркмор правда видел тебя такой…
— Заткнись, — прошипел на него Декс. — Твоя боль убивает меня, Пандора. Иди сюда. Пожалуйста. Я поглощаю все, что от тебя исходит, но этого слишком много. Я не могу убрать столько боли. Ни один теневой демон из тех, кого я знаю, не сможет.
— Мы не гнались за тобой. — Голос Скела сорвался, слезы блестящей пеленой наполнили его покрасневшие зеленые глаза. — Мы просто хотели поговорить, а потом ты услышала нас и сорвалась с места, и моя магия страха не переставала просачиваться. Пандора, я…
Их слова слились воедино, и я больше ничего не слышала, кроме грохота собственного сердца и муки, пронзающей грудь.
— Эта боль душит меня, и я больше не могу! — Правда вырвалась из меня, сырая, уязвимая, выставленная напоказ перед тремя мужчинами, которые были мне скорее врагами, чем друзьями.
Один неверный шаг, подвернувшаяся лодыжка — и вдруг я падала назад. Песчаная земля ушла из-под ног.
— Пандора!
Все трое рванулись вперед, но замерли на месте, когда моя душа и магия взорвались, словно сверхновая, осушая мои магические резервы, пока в них не осталось ничего.
Пять связей Пар хлестнули из меня и яростно встали на место, связывая меня с моими предначертанными Парами — моими родственными душами.
Пока я свободно падала в воздухе к озеру внизу, я заметила, что три из этих связей были соединены с мужчинами, кричавшими мое имя на утесе, но было уже слишком поздно.
Холодные объятия озера поглотили меня целиком, и, погружаясь в его глубины, последним, что я увидела, были не потрясенные, ужаснувшиеся лица Декса, Хемлока или Скела. Это была луна — молчаливая свидетельница того, насколько я была нелюбима Судьбами.