— Это общая комната общежития, — объяснил он.
Общая комната была залита тёплыми золотистыми пятнами света из больших окон, и узор, который они создавали на песочного цвета каменных стенах, был красивым.
Я подняла на него взгляд, и наши глаза встретились. Он всё это время смотрел прямо на меня.
Поза Хантера была расчётливой, но мне это нравилось. Мне нравилось, как он, казалось, изучал меня. Я не знала почему, но то, как он взаимодействовал со мной, заставляло сердце хотеть разорваться.
— Общая комната — это пространство, которое делят между собой студенты, живущие здесь, и ты можешь учиться и проводить здесь время когда захочешь. Закуски и кофе есть на мини-кухне вон там. То крыло — студенческое. — Он указал на левую пару двойных дверей.
— А правое крыло? — Я нахмурила брови.
— Это крыло персонала, — сказал он, засовывая руку в карман. — Оно заперто зачарованием, и войти туда могут только сотрудники. У нас есть собственная кухня и ванная в комнатах, и у нас отдельные комнаты, в отличие от студентов.
Я глубоко вдохнула. Общежитие пахло пустынными цветами и сандалом.
— Значит, ты будешь там.
Обстановка была простой, но выглядела удобной: мягкие диваны и огромные кресла-мешки стояли уютными группами. На стенах висели гобелены и картины в пустынной тематике, изображавшие песчаные дюны, кактусы и пустынных животных. Комната была просторной, с большим количеством мест, где студенты могли общаться, а мини-кухня располагалась у стены в центре между двумя крыльями.
Несколько студентов разговаривали, и мимолётные взгляды скользнули в мою сторону, пока они не заметили Хантера. Похоже, его уважали так же, как и Дэрила.
— Буду, — подтвердил он, проводя меня через двойные двери в левое крыло, где размещались студенты.
— Ты что-нибудь знаешь о моей соседке? — пробормотала я вопрос, глядя себе под ноги, пока мы шли.
— Семья Дредфул — знать, как и ты, а семья твоей соседки очень помешана на чистоте, — сказал он мне.
— То есть она, типа, воздерживается от секса? — Я склонила голову. Зачем мне это знать? И почему он это знает? Для других демонов это было общеизвестно?
Демоны настолько заботились о сексе? Или, скорее, о его отсутствии?
Он судорожно втянул воздух и остановился, прежде чем прочистить горло.
— Эм, нет. Хотя я понимаю, почему ты так подумала. — Он почесал затылок, и светлые волосы упали ему на лицо. — Чистота в смысле чистокровности демонического подвида. Её семья состоит из суккубов и инкубов, и они очень претенциозны в вопросах междемонических союзов.
— О. — Я почувствовала, как румянец расцвёл на лице. — Полагаю, это значит, что они, вероятно, не поклонники межвидовых союзов между сверхъестественными существами?
Он выдавил смешок, качая головой.
— Вероятно, нет.
— А ты… Как ты… относишься к этому? — Я споткнулась о слова. — К межвидовым союзам, я имею в виду?
Медленная улыбка пересекла его губы, когда задумчивое выражение завладело его лицом.
— Думаю, Судьбы не дискриминируют. Моя мать была суккубом, а отец — демоном мести. Они были Предначертанной Парой, — прошептал он. — Судьбы не стали бы соединять души разных видов, если бы так не должно было быть.
— Я полностью согласна, — пробормотала я, чувствуя, как сердце наполняется теплом от того, как он говорил о своих родителях.
— Хорошо. — Его сверкающие ледяно-белые глаза послали тёплое покалывание вниз по позвоночнику, пока он смотрел на меня. Его длинные ресницы были такими красивыми, а сладкий шоколадный запах въелся мне в ноздри.
Он снова прочистил горло и отступил от меня на шаг, прежде чем мы снова пошли.
Мы дошли до комнаты № 269 в нескольких дверях от места, где остановились, и он постучал.
За дверью послышался шорох и шаги, прежде чем она распахнулась, открывая мою соседку.
— Да? — Её манеры излучали превосходство. Изящную руку украшали, как я была уверена, дорогие драгоценности, а пальцы крепко обхватывали дверную ручку, ухоженные ногти нетерпеливо постукивали по полированной поверхности.
На ней был винтажный ансамбль, очень похожий на гардероб, который создал для меня отец. Её наряд состоял из струящегося кремового шёлкового платья средней длины с кружевными деталями. У него была подчёркнутая талия и расклёшенная юбка, покачивавшаяся при каждом её движении.
Это было красиво, но что-то в ней действовало мне на нервы. Возможно, мне просто нужно было узнать её получше.
В воздухе плыл запах праздничного торта, приторно-сладкий и удушливый. Я надеялась, что мой запах приглушит её, когда я полностью заселюсь.