С каждым шагом земля дрожала под чудовищными лапами его волка, и с каждым рыком дуги хаотичной энергии трещали в воздухе.
Брэм издал довольный стон, откидывая голову назад.
— Судьбы, как же хорошо.
Из меня вырвался смех.
Хаос и страх питали друг друга.
— Чёрт. — Я присвистнул. — Давненько я не видел тебя в деле.
— Мы не виделись несколько лет, — напомнил он мне. — Со старшей школы.
— Верно. — Я поднял руку, наблюдая, как иллюзия моего вытатуированного паука растёт и формируется, пока не стала выше меня. Его восемь красных глаз моргнули мне, прежде чем сместиться к волку и студентам.
Он посеменил вперёд по песку к хаосу.
Брэм резко втянул воздух.
Я ухмыльнулся.
— Всё ещё боишься пауков?
— Нет, — отрицал он, но страх валил от него целыми пластами.
Страхи остальных демонов оседали в моих резервах, пока я пытался осушить их, перегружая свою магию.
Студенты бросились врассыпную, отчаянные крики наполнили воздух, когда начались хаос и страх. Волк и паук неслись по кампусу с безрассудной яростью.
Вдохнув фейскую наркоту, я выдохнул ещё больше дыма.
— Я и забыл, насколько это вкусно, когда вы двое собираетесь вместе, — усмехнулся глубокий голос, выходя из тени арки. — Негатив, который вы создаёте, не похож ни на что другое. Я мог бы в нём купаться! Ой, стоп, я и купаюсь.
— Декстер, блядь, Шэдоухарт. — Я в шоке уставился на парня, с которым мы с Брэмом учились в старшей школе.
Я думал, его родители уже давно его прикончили.
Его острые туманно-серые глаза всё ещё были такими же мёртвыми, какими я их помнил, а бело-светлые волосы отросли почти до плеч.
В отличие от нас с Брэмом, в старшей школе у Декса не было татуировок. Зато теперь были. Тени обвивали его бицепсы и спускались по рукам. Казалось, шрам вокруг его горла каким-то образом стал больше, и мой желудок скрутило.
Шрамы были редкостью для демонов, если только их магические резервы не были пусты или они не находились в шаге от смерти. У большинства сверхъестественных было так же, но у демонов особенно. Его шрам остался от того, что ему несколько раз отрубали голову… и, кажется, это случилось снова с тех пор, как мы его видели.
— Ты всё ещё жив? — пробормотал Брэм скорее себе. — Интересно.
— Спасибо за вотум доверия, красивые уёбки. А я-то, значит, радовался, что снова вас увижу. — Он протянул руку и украл мою трубку, прежде чем сделать пару длинных затяжек. Я заметил пирсинг в языке, когда дым повалил наружу. — Да пошли вы.
Я выхватил её обратно и сделал то же самое, выдувая дым ему в лицо.
— И что ты вообще здесь делаешь?
Его губы изогнулись в зловещей ухмылке.
— Мамочка и папочка думают, что я дефектный, и хотят меня починить. Думают, академия реформирования сделает меня более податливым для их планов.
— Что бы это, блядь, ни значило, — пробормотал Брэм, глядя на хаос в кампусе.
— А вы двое? — Он скрестил руки, и тени заплясали вокруг него. — Какого хуя вы здесь?
— Мой брат, — прошипел Брэм.
Мои брови поднялись.
— Слейтер? Я думал, ты ненавидишь этого придурка.
— Мелинда Хэвок наконец-то сказала ему, что я его сводный брат, и этот тип хочет отношений или какой-то такой херни. — Он закатил глаза, прежде чем помрачнеть. — Кайф отпускает. Мне нужен напиток, проклятый Судьбами.
— Чёрт. Жестоко. — Рука Декстера исчезла в тенях, прежде чем он вытащил прозрачную бутылку с алкоголем и бросил её ему. — Значит, он хочет тебя реформировать?
— Типа того. — Брэм поймал бутылку и открутил крышку. — Блядь, я скучал по тебе, Декстер.
— Вот это уже приветствие, которого я ожидал. — Декстер возбуждённо хлопнул в ладони, прежде чем указать на меня пальцами, сложенными пистолетом. — А вот твоё приветствие мне не понравилось, Скел.
— Ой, да пошёл ты на—
Он оттянул большой палец назад, а затем выстрелил из пальца-пистолета. Теневая пуля сформировалась из его пальца и со свистом понеслась ко мне по воздуху.
Она пробила мне плечо, прежде чем я успел среагировать. Теневая магия разорвала плоть насквозь и вышла наружу, посылая по мне ударные волны боли.
— Пошёл ты на хуй, Декстер, — простонал я, хватаясь за плечо, пока кровь лилась между пальцами.
Мои магические резервы были настолько полны, что покалывание исцеления ощущалось горячим, когда плоть за несколько секунд сомкнулась обратно.
Паук уменьшился, продолжая мучить людей, и я отозвал иллюзию обратно к себе, пока мои магические резервы оставались наполовину пустыми, а утечка магии наконец успокоилась.