Взмахом руки она призвала аудиторию к тишине.
— Рада, что вы все смогли прийти, — сказала она, и её голос, одновременно властный и успокаивающий, рассёк напряжение в воздухе. — Я Даск, ваш преподаватель Демонических проклятий, и я демон мести. Кто-нибудь здесь знает, что такое демонические проклятия и почему они важны?
Студент в первом ряду поднял руку, и она кивнула, позволяя ему ответить.
— Демонические проклятия — это заклинания, накладываемые демонами.
— Да. — Она кивнула. — А ты знаешь, почему демоны накладывают их не очень часто?
Он покачал головой.
— Кто-нибудь?
Никто не ответил.
— Не стоило удивляться. В конце концов, вы в академии исправления. — Она с вздохом сжала переносицу.
Спасибо за вотум доверия, профессор.
— Происхождение демонических проклятий окутано тьмой, — продолжила она. — В отличие от порч, накладываемых ведьмами и колдунами, демонические проклятия пропитаны мощной злобой, подпитываемой самой сущностью демонической энергии.
— Какие бывают демонические проклятия? — спросил Гримшоу, поднося трубку к губам и глубоко затягиваясь.
Она поджала губы с неодобрением.
— Несколько видов. Это зависит от вашей демонической классификации. Кто-нибудь знает?
Никто не ответил, но, похоже, все действительно слушали. Это уже само по себе было достижением.
— Мне нужно, чтобы к следующему занятию все прочитали до пятой главы. — Она нахмурилась. — Демоны хаоса могут накладывать проклятие, проявляя хаос определённым образом, чтобы причинить цели вред или несчастье. Обычно это принимает форму болезни, невезения или психологического расстройства. В некоторых случаях — смерти.
Хемлок наклонился вперёд, его губы дрогнули в усмешке, когда он метнул взгляд в мою сторону.
— А как насчёт проклясть кого-нибудь просто ради веселья?
Кровь застыла у меня в жилах, и я разорвала зрительный контакт, чтобы увидеть, что моё кольцо почернело. Я отказалась смотреть на него снова и перевела внимание на Даск.
Её лицо потемнело, глаза сузились, когда она пронзила Хемлока уничтожающим взглядом.
— Проклятия — не игра. Это практика, пропитанная тьмой, с последствиями, которые выходят далеко за пределы вашего понимания. Безрассудно владеть такой силой — значит навлечь разрушение на себя и тех, кто рядом с вами.
Хемлок фыркнул.
— Разве это не просто хаос?
— Нет, Брэм Хемлок, не хаос, — резко сказала она.
Моё сердце неприятно сжалось в груди.
Его зовут Брэм? Подходяще.
— Демонические проклятия считаются предвестниками тёмной магии; хотя твёрдых доказательств нет, существуют истории о возможностях. Я не позволю тебе говорить об этом так небрежно. Понял?
Он что-то проворчал себе под нос.
Удар магии с громким треском опалил его парту прямо рядом с его ногой, и я практически ощутила вкус магии Даск.
— Понял, Хемлок?
— Ага, как скажете. — Он выпрямился, убирая ноги с парты, и уставился на нашу преподавательницу.
— Тогда продолжим. — Она поджала губы, встречая его взгляд собственным. — Демоны снов проклинают через одержимость. Строго говоря, это не совсем проклятие; оно подразумевает, что душа демона снов берёт под контроль тело или разум человека, пока тот спит. Это приводит к хаотичному поведению, потере контроля и психологическому расстройству.
— А как насчёт Друд? — спросила другая студентка, и я была почти уверена, что она Друда, потому что помнила её по группе на Демоническом питании.
Судьбы, это было тяжёлое занятие. Я совсем не ждала следующего.
— Друды проклинают через maleficium6, — объяснила она. — Это тип проклятия, которое накладывается на спящего во время кошмара. Они могут призывать физический или психологический вред с намерением причинить страдание или смерть. Всё происходит внутри кошмара и может растянуться на несколько разных сеансов сна для цели.
— Демоны страха? — Гримшоу промурлыкал вопрос и заслужил кипящий от злости взгляд.
— Проклятие Предначертанных глаз, — заявила она, и он вздрогнул. — Демоны страха способны проклинать других одним лишь взглядом, если смотрят на них со злым умыслом. Известно, что это буквально воплощает их страхи в жизнь, и это может причинить им вред — и причинит. В некоторых случаях смерть неизбежна.
Гримшоу ещё несколько раз затянулся из трубки и поднял руку, чтобы провести пальцем по шраму, закрывавшему его глаз, и снова казался оторванным от реальности.