Моя голова резко вскинулась.
— Я ей доверяю, но даже с Пандорой не думаю, что смог бы войти в её сны.
— Попробуй снова втянуть её в сновидения, — предложил Даркмор, но я услышал в его словах колебание. — А потом посмотри, что почувствуешь. Общий сон, где контроль у тебя, но сосредоточься на том, что у неё контроля над ним нет. Она доверяет тебе. Уже одно это может стать шагом к ощущению безопасности.
Я обдумал эту идею.
— Думаешь?
— Думаю, — пробормотал он, прежде чем потереть щёку. — И, между нами, я считаю Пандору самым надёжным и добрым демоном из всех, кого я когда-либо встречал.
Мои глаза расширились, когда я заметил тепло, прокравшееся в его взгляд.
— Она тебе тоже нравится? — Вопрос сорвался с моих губ.
— В каком-то смысле да, — признал Даркмор, хотя его тон намекал на гораздо большее, чем платоническая привязанность. — Она сильная и заботливая. Я чувствую огромное желание защищать её, и всё же думаю, что она могла бы дать тебе чувство стабильности.
Я глубоко вдохнул, позволяя этой информации улечься. Странный клубок эмоций оплёл мою грудь. Он был нашим консультантом, состоял в Демоническом Совете и работал с её отцом. Было много причин, по которым ему не стоило испытывать к ней чувства, но какая-то странная часть меня не возражала.
Он был бы хорош для неё — и я тоже.
— Ты заботишься о ней, — пробормотал я, чувствуя, как щеки нагреваются. — Я тоже.
Даркмор на мгновение отвёл взгляд, остановив его на корешках книг, выстроенных на махагоновых7 полках его кабинета.
— У всех нас есть свои… желания, — сказал он, и уголок его рта дрогнул, превращаясь в тень улыбки. — Я знаю, что моя роль — направлять и защищать её.
Я почувствовал узел сочувствия к нему, понимая, что, вероятно, существовали границы, которые ему нельзя было пересекать.
— Думаю, нас двое, кто видит в Пандоре что-то особенное.
— Думаю, да, — ответил он, снова встречаясь со мной взглядом. — Ты был бы для неё отличным другом. Ей нужна доброта, и сейчас это то, что я… мы можем ей дать.
Я не мог отрицать тепло, которое принесла мне эта мысль, но оно застыло из-за осознания, что чувства Даркмора глубже, чем я думал, — особенно учитывая, что он не мог действовать в соответствии с ними.
— Я попробую снова втянуть её в свой сон, — пробормотал я, прежде чем сменить тему на другую, что занимала мои мысли. — Можешь рассказать о тёмной магии, которая была на территории академии?
Даркмор замешкался, прежде чем кивнуть, и его лицо стало маской одной лишь профессиональности.
— Да. Тёмная магия проявляется. Мы нашли способ её сдерживать. — Его палец провёл по краю стола. — Тебе не стоит волноваться.
— Как мне не волноваться? — Я взглянул в окно, туда, где небо стало сумеречно-фиолетовым. — Вы знаете, откуда она взялась?
— У Совета есть теории, но ничего конкретного.
— Я волнуюсь о том, что это значит для всех нас. — Я прикусил внутреннюю сторону щеки. — Пандора выглядела такой измученной, когда пришла на занятие после того, как увидела круг тёмной магии. Я волнуюсь обо всех, но особенно о ней.
— Правда? — Выражение Даркмора стало мрачным. — Мы все обеспокоены. Но Совет найдёт способ остановить это, пока не стало слишком поздно.
Мои мысли обратились к Гамдропу, моему милому аксолотлю, и я поймал себя на том, что хочу поговорить с ним обо всём этом. Я знал, что, скорее всего, так и сделаю, когда вернусь в общежитие.
— Всё, о чём мы говорим, — это то, что я рассказал бы своему домашнему аксолотлю, Гамдропу, — признался я, ёрзая на диване. — Гамдроп был единственным существом, которое было рядом со мной, пока я рос, — обнаружил я, что говорю. — После смерти папы были только он и я. Конечно, у меня была Шарлотта, которой я мог писать и с которой мог разговаривать, но Гамдроп был рядом.
— Это хорошо. — Даркмор понимающе кивнул, и его плечи расслабились. — Связи с животными могут быть сильными. Он был для тебя источником утешения, так же как Пандора может стать им, если ты ей позволишь.
— Ты прав.
Сеанс закончился вскоре после этого, но слова Даркмора задержались у меня в голове. Я вышел из его кабинета, чувствуя себя легче и с большей надеждой. Я хотел исследовать свои сновидения с Пандорой и показать ей мир. Я хотел встретиться со своими страхами вместе с ней, но ещё не был готов к этому… пока.
22
пандора
Похоже, ни одной из благородных девушек не нравилось, что в общежитии Баунд были общие ванные. Они ругались себе под нос почти каждый раз, когда я видела их там. Возможно, мне не особенно нравилось делить душевое пространство с другими из-за моих шрамов, но я любила, что у меня в распоряжении были туалет и проточная вода. После того, откуда я пришла, это была роскошь, которую я не хотела принимать как должное.