— Правда? — Я склонила голову, и волосы рассыпались по плечу. — Я этого не знала.
— Теперь знаешь, — сказал он, снова печатая на планшете. — Ты не олицетворяешь смерть. Не позволяй страху Гримшоу перед смертью навесить на тебя этот ярлык.
— Скел боится смерти? — пробормотала я, проводя рукой по ткани мягкого дивана. — Вообще-то, в этом много смысла.
Хантер вздрогнул, глаза расширились, когда он потянулся к кофе и сделал несколько больших глотков.
— Я не знаю, почему сказал тебе это. Я никогда раньше не проговаривался о другом студенте.
— Я никому не скажу, — пообещала я, пытаясь смягчить его очевидную злость на самого себя. — Вообще-то, я тоже рассказываю тебе то, чего не рассказываю никому, и не думаю, что это потому, что ты мой консультант.
— Просто сделай вид, что ничего не слышала. — Он поставил чашку с кофе, но ко мне донесся не запах кофе. Это была карамель и… магия фейри? — С каких пор ты используешь имя Гримшоу?
— О, эм, оно просто как-то сорвалось, и он сказал, что тоже будет использовать мое имя. — Я на короткое мгновение опустила взгляд, и кольцо все еще было белым.
Мышца на его челюсти дернулась.
— О.
— Это плохо?
— Нет, нет. — Он покачал головой, и темно-русые пряди, выбившиеся из пучка, качнулись из стороны в сторону. — Думаю, это хорошо. Просто странно. Он ведь был с тобой не слишком добр, верно?
Я кивнула, снова ерзая на месте.
— Он и Декс появились в чулане, когда я пыталась активировать свои силы с куклами. Они что-то во мне спровоцировали. Мои силы почти пошли за ними и… я едва остановила это. — Мой голос стал тише. — Когда я очнулась, они отнесли меня к Солнечному камню. Это помогло.
— Что? — Злость вплелась в его голос, и он полностью застыл. — Ты потеряла сознание, оставшись с ними наедине?
— Они не сделали ничего, чтобы причинить мне боль, — слабо добавила я, только сейчас, произнеся это вслух, осознавая, насколько злой я должна была быть.
— Ты не злилась? — Его глаза горели гневом, но мое кольцо все еще было белым.
— Конечно, я была расстроена, — сказала я ему. — Может, они заслуживали от меня гораздо более жесткой выволочки за то, что сделали. Но я ведь тоже пыталась съесть их души, так разве это не делает нас квитами?
— Я с этим разберусь, — процедил он. — Почему они загнали тебя в угол вот так?
— Потому что я назвала Хемлока пьяным ублюдком, — горько пробормотала я, теребя кольцо.
Его брови удивленно взлетели вверх, прежде чем с его губ сорвался низкий смешок.
— Это не совсем неправда.
— Нет, не неправда. — Смешок вылетел с моих губ прежде, чем я успела его сдержать, и я шлепнула ладонью по рту.
— Что это спровоцировало? — Его костяшки побелели, руки сжались в кулаки на столе.
— О. — Веселье исчезло. — Он назвал меня шлюхой.
— Я с этим разберусь, — прорычал он, его глаза закрылись, пока он явно боролся со своей магией мести.
— Я уже разобралась, — пробормотала я. — Видимо, слово «ублюдок» бьет его по больному месту.
— Недостаточно хорошо. — Он глубоко вдохнул. — Как продвигается кормление? Я поговорил с Эшенфеллом, и он заверил меня, что ты не будешь рядом с другими. Куклы были моей идеей.
— Мне нравится сама идея. — Хотя куклы жуткие. — Но у меня просто не получается сделать это правильно, — призналась я, и мой голос был едва громче шепота. — Как будто есть блок, через который я не могу пробиться, чтобы добраться до своих сил, если только что-то другое их не спровоцирует.
— Я говорил с твоим отцом. — Успокаивающая улыбка коснулась уголков его губ. — Он обеспокоен проблемами с темной магией в совете, но ты все еще его приоритет. Он планирует прийти на твое следующее занятие по кормлению, чтобы помочь тебе с этим. Нет лучшего способа научиться есть души, чем у другого пожирателя душ.
Мое сердце подпрыгнуло при мысли, что Дэрил будет там. Я не ожидала, что он будет приходить на мои занятия, но это правда очень бы помогло.
— Правда? Это было бы здорово.
Его выражение смягчилось.
— Это важно, звездочка. Тебе нужно кормиться, не только ради силы, но и ради общего здоровья. Честно, я совершенно поражен тем, как ты выживала так долго без этого.