— Всё тихо! — наконец-то раздаётся взволнованный голос Буббы.
— Хорошо, отбой. — Фолк снова прячет рацию. — Значит, Шпансу удалось отключить сигнализацию. И у нас есть время.
— Но ведь если Коридор активировался, значит, слепок не сработал как надо. И тот электроключ тоже не сработает… — я киваю на массивную тёмную дверь Хранилища.
— Необязательно. Половину Коридора мы с тобой всё-таки прошли. Но придётся прыгать…
— Нет, мы не знаем… Вдруг попадём в ловушку?
— Предлагаешь заночевать здесь?
— Нет, конечно. Но надо как-то проверить клетки…
— Если у тебя не завалялось в кармане горсть орешков или чего другого, то давай не будем зря тратить время?
— У тебя есть нож? — спрашиваю вместо ответа.
— Есть… — он уже полез в карман. — Что ты задумала?
— Пуговицы…
Я забираю нож и лихорадочно начинаю срезать пуговицы с рубашки. Хорошо, что под ней у меня майка.
— Ладно… Неплохо придумано.
Я возвращаю Фолку нож, и он проделывает то же самое со своей рубашкой, только вот у него майки не оказывается, даже оберега и того — нет, мы их предусмотрительно сняли. При виде обнажённой груди Фолка, я вспыхиваю и быстро отвожу глаза.
Первая пуговица пролетает мимо и исчезает в пропасти за ней. Вторая немного не долетает… Готовлюсь к новому броску, но Фолк меня останавливает:
— Давай-ка, лучше я… а то так в ход скоро пойдут ботинки.
В меткости ему не откажешь — первая же пуговица замирает недалеко от края, и плитка остаётся на месте… Но ведь пуговица весит всего-ничего, а под нашим весом пол может и обвалиться. Высказать свои опасения я не успеваю, потому что Фолк уже перепрыгивает через зияющий пустотой квадрат и приземляется на поверхность плиты. Сработало!
— Давай, теперь ты!
Я подхожу к краю и заглядываю в тёмный колодец. Мне страшно… Прыжки не мой конёк.
— Лучше с разбегу… — советует Фолк. — Отойди подальше… Не бойся, я тебя поймаю!
Мне бы его уверенность. Но делать нечего — прыгать всё равно придётся. Разбегаюсь и изо всех сил отталкиваюсь от пола. Взмываю в воздух и с размаху врезаюсь в Фолка. Мы падаем — сначала он, сверху я… Фолк крепко меня держит, прижимая к своей обнажённой груди. Поспешно вскакиваю на ноги и, оступившись, чуть не лечу в пропасть, но напарник вовремя хватается за полы моей рубашки, удерживая на месте. Фух…
А вот пуговица, похоже, не пережила нашего падения.
— Ох, прости. Я такая неуклюжая… — оправдываюсь я. — Так боялась не допрыгнуть, что чуть не угробила нас обоих.
— Всё нормально. Надеюсь только, что слепок не пострадал, мы с тобой прямо на рюкзак плюхнулись. И вот ещё что… — он поспешно скидывает рубашку и прячет в рюкзак. — Ты бы тоже сняла, а то ещё зацепится за что-то…
Фолк вообще настаивал на футболках — в них передвигаться удобнее, но Магнус настоял на рубашках с выбитой эмблемой города, которые они однажды стащили со склада на Бугре. Мол, когда охрана будет изучать видео, пусть поломает голову, почему мы одеты в сшитую по заказу Регентства одежду. Что ж, будь на нас футболки — вряд ли мы продвинулись дальше хоть на шаг.
Я протягиваю свою рубашку Фолку, и он запихивает её в рюкзак вслед за своей, потом достаёт очередную пуговицу из кармана и бросает на следующую плиту. Та вспыхивает пламенем…
— Чёрт, проверим ту, что по диагонали.
Здесь нам везёт больше — пуговица сначала описывает круг и в итоге остаётся лежать на чёрной поверхности.
Напряжённо наблюдаю за Фолком. Стараюсь не думать, что будет, если кто-нибудь из нас свалится вниз. Там может быть всё, что угодно, от острых пик, до ёмкости с кислотой. О Коридоре смерти ходят страшные легенды, пожалуй, больший страх внушают россказни о Кульпе. Гоню жуткие мысли, точно ветер палую листву — проку от них никакого.
В этот раз Фолк сам едва не оказывается в пропасти, зацепившись носком ботинка за край, но всё же приземляется на колени. А я громко вскрикиваю.
— Тшшш… Всё нормально! Давай…
Второй прыжок мне удаётся лучше — я хоть и врезаюсь в Фолка, но мы остаёмся на ногах.
Вот в таком нелепом танце с прыжками мы добираемся до заветной двери — ещё несколько плит оказались ловушками — на одну из них свалился гигантский камень — окажись мы под ним и всё было бы конечно…
У двери немигающим глазом застыл электроключ.
— И снова твой звёздный час, Карамелька!
Он кивает на устройство. Я лихорадочно роюсь в рюкзаке и достаю слепок ладони Шарлы, оказавшийся на удивление целёхоньким. Надо торопиться, но я отчего-то медлю, никак не решаясь приложить его к электроключу.