Несколько месяцев Питер и миссис Джеймс прожили вместе, ведя общее хозяйство. Для Питера это было очень ценной школой, потому что миссис Джеймс была настоящей «дамой», у неё были богатые родственники, и она поспешила сообщить Питеру, что жила в роскоши до того, как её муж сбежал в Париж с канатной плясуньей. Она научила Питера светским тонкостям, которые незнакомы человеку, получившему воспитание в приюте или на большой дороге под руководством продавца патентованных средств. С большим, тактом, не задевая его самолюбия, она научила его правильно держать нож и вилку и подбирать галстук к костюму. И в то же время она сумела ему внушить, что он теперь счастливейший из смертных, и он был благодарен соломенной вдове за каждый её поцелуй. Конечно, он не мог ожидать, что все эти милости судьбы свалятся на него совершенно бесплатно. Теперь он уже убедился, что «свободной любви» не существует. И он платил щедрой рукой; ему дорого обошелся этот незарегистрированный медовый месяц, вдобавок он подносил дорогие подарки, стоило его даме сделать тонкий намёк. Она всегда становилась такой ласковой и веселой, когда Питер делал ей подарки! Питер жил как в чудесном сне, а его деньги текли ручьем, он даже не замечал, как они убывали.
Между тем развертывались великие события, но им и дела до этого не было: ни Питер, ни соломенная вдовушка не читали газет. Джима Губера приговорили к смертной казни, а его сообщника Бидла — к пожизненному заключению. Потом Америка вступила в войну, и волна патриотических манифестаций прокатилась по стране, точно пожар, опустошающий прерии. Об этом Питер не мог не услыхать, — его интересовало только одно — конгресс собирался принять закон о всеобщей воинской повинности. А Питер был как раз призывного возраста; уж он-то без всякого сомнения попадет в армию!
Ни разу в жизни он ещё не испытывал такого страха, как теперь. Он старался позабыть о жестоких сражениях, не думать обо всех этих пулеметах, ручных гранатах, минах и отравляющих газах, о которых столько раз рассказывала ему маленькая Дженни; но эти образы преследовали его; теперь они уже имели прямое отношение к нему. С этого момента медовый месяц был для него испорчен. Питер и его соломенная вдовушка были похожи на участников пикника, которые уехали далеко за город, в глухие места, и вдруг увидели, что надвигается страшная грозовая туча.
К тому же текущий счет Питера в банке был почти исчерпан. Ему и в голову не приходило, сколько можно истратить на соломенную вдовушку, которая к тому же «модница» и изучила все правила хорошего тона. Он был очень смущён и всё откладывал неприятное объяснение с миссис Джеймс до последнего момента. Под конец он; уже не был уверен, хватит ли у него денег, чтобы расплатиться с хозяйкой по счету. Тогда он понял, что игра окончена, и вынужден был признаться миссис Джеймс. Его удивило, как легко приняла это дурное известие благовоспитанная «вдовушка». Как видно, миссис Джеймс не в первый раз отдыхала на берегу моря. С милой улыбкой сообщила она ему, что снова вернется к своей профессии присяжного заседателя. Она дала Питеру свою визитную карточку и сказала, что будет рада, если он навестит её, — как только его материальные дела поправятся. Уложив свой чемодан и новый сундук, полный подарков Питера, она распростилась с ним весьма сердечно и по всем правилам хорошего тона.
§ 31
Итак, Питер снова оказался у разбитого корыта. Но судьба опять ему улыбнулась. В тот же день он получил письмо с подписью: «два сорок три» — от Мак-Гивни. «Два сорок три» просит Питера немедленно зайти, так как есть важное дело. Питер заложил в ломбарде последки — одну ценную вещичку, чтобы добраться до Американского города, и встретился с Мак-Гивни в обычном месте.
Сыщик быстро объяснил, в чём дело. Америка объявила войну, и пришла пора заткнуть глотки этим красным. В военное время допустимы многие вещи, совершенно немыслимые в дни мира. Первым делом, надо положить конец агитации, которая ведется против частной собственности. Услыхав об этом, Питер, выражаясь образно, облизнулся, предвкушая поживу. Он уже много раз доказывал Мак-Гивни, что это необходимо предпринять. Надо будет подальше запрятать Пэта Мак-Кормика! Красные вообще опасны, а Мак хуже всех. Долг каждого гражданина — помочь в этом деле, но что же требуется от Питера?
Мак-Гивни отвечал, что власти составляют списки всех радикальных организаций и их членов и собирают материалы для их ареста. Ведает этим делом Гаффи. Как и в деле Губера, представители крупного капитала взяли на себя инициативу в то время, как правительство опять мирно спало и только теперь начинает протирать глаза. Согласен ли Питер шпионить за красными в Американском городе?