На последнем лестничном пролете замечаю, как неустойчиво стоит Вилена на выступе и общается с моей партнершей по танцу. Интуиция подсказывает поторопиться, поэтому прибавляю скорость. Проходит несколько секунд, и Романова с визгом начинает лететь спиной назад, не успевая уцепиться за перила. Сам падаю спиной на ступени, ловя Романову перед встречей с болью и синяками.
В ушах до сих пор стоит ее визг, спину неприятно саднит, но главное, что забравшая мое сердце девчонка в порядке. Она осознав произошедшее, подрывается встать с моих ног. Я же приподнимаюсь на локтях, не в силах подняться. Вилена красная, как рак, топает ногами и дуется. Что поделать если принц на белом коне не пойми где, а верный рыцарь не тот, кто ей нужен?!
— Настолько без ума, что на ногах едва держишься? — шучу, дабы разбавить обстановку. Хорошо, что она в кроссовках, а не в туфлях. Явно бы воткнула свой каблук в мою грудную клетку или глотку. — Да, Романова, сдаешь позиции.
— Иди к черту! — собеседница сердито пинает мою и без того пострадавшую ногу, разворачивается, и локоны красиво прыгают на ее плечах. Засматриваюсь на нее и сажусь удобнее, не готовясь закончить нашу перепалку. Мне нужны еще крупицы ее внимания.
— А где благодарность? Всё-таки поймал… — громко бросаю в след, Артем бьет себя по лбу, пока Влад с Михой поднимают с пола. — Или боишься, что Грачев заревнует за любезности? Так не переживай, он не узнает, что ты оседлала меня.
Снова несу какую-то чушь, не сумев найти выключатель дурости. Вилена резко разворачивается и прожигает одним взглядом. Со стороны парней слышно протяжное «при-ду-рок». И до нормальных взаимоотношения у нас явно не десять ступеней, а девять кругов ада.
Наша перепалка заканчивается, не начавшись. Из кабинета рядом выходит этот гребаный ангел, и Романова сразу переключается на него. И взгляд у нее такой наивно влюбленный, который она явно никогда не подарит мне. Внутри стойкое желание попросить парней спустить меня с лестницы, хотя и эта боль не сравнится с душевными мучениями.
— Так, 11 А, а чего мы не в актовом? — задорно произносит классная, и друзья толкают вперед. — Вилена, рада, что присоединилась к нашей подготовке.
Грачев целует спутницу в волосы, пока Романова нарочно прячет смущение, утыкаясь лицом ему в плечо. Идеальная пара, что с них взять?! У дверей кто-то ставит подножку, и я спотыкаюсь. Повернув голову, отмечаю, что сделала это уже моя спутница. Лиманова рукой машет и ехидно ухмыляется.
— Не забудь слюни подтирать, а то замараешь мне весь пиджак, Давыдов. — шутливо бросает в ответ Дарина и тянется поправить воротник моей рубашки.
— Да с челюстью у меня проблем нет. — понимаю, к чему клонит партнерша по танцу. Осталось на лбу написать ярким маркером «влюблен по уши в Вилену Романову». — Зато из-за нашей проблемы у меня может быть сломана рука.
— Это у вас «семейное» с Владом слюни пускать по недоступным девушкам?
А Дарина не промах! Попадает в истину одной фразой. Закрываю рот ладонью, чтобы не засмеяться на весь зал. Лиманова стягивает пиджак и проверяет на реакцию, кинув его мне в руки. Едва успеваю схватить за рукав, как получаю указание убрать его к своим вещам. Видимо раз Вишневский воздыхает в тени, что у нас явно всё-таки «семейное», она пошла другим методом. Нарочно кладу пиджак на рюкзак друга.
— Будь я парнем, то сломала бы тебе что-нибудь за хамское поведение по отношению к Вилене, но раз природа сделала девушкой, то придется терпеть мои насмешки и змеиный характер, Гри-го-рий!
Кладу руки, как надо, повторяя за одноклассницей, взявшей на себя роль хореографа. Лиманова продолжает гнуть свою линию, и наступает каблуком на кроссовок. Решаю увести наш диалог в другое русло и уточнить для лучшего друга, как обстоят дела на любовном фронте.
— Так у тебя есть парень?
— Нет, но навешала на себя ярлык «сильной и независимой», а твой дружок, который сейчас уже шею свернет, слишком много стесняется.
— Давай помашем ему вдвоем?!
Если и будем танцевать с Дариной, то хотя бы повеселимся от души. Она мою затею принимает, и на раз-два-три мы машем поникшему Владу. Вишневский точно не упустит возможности уничтожить за выпад, но разве за любовь не стоит бороться?
Повернув голову, оказываюсь поникшим сам. Романова в объятиях Грача, хотя и выглядят они вполне гармонично. Вилена любовно смотрит, нежно потирает его скулу и заставляет меня жалеть о своем существовании.