— Отвали от моей девушки. — Марк грозен, как никогда. Правда, глаз у него дергается. Стоит ему ответить не по его, так он вспыхнет как спичка.
— Хорошо, — встаю со скамейки и пожимаю плечами. Артём заметно удивился с реплики, но друг не знает, что в моей голове родился план. — но не кажется ли тебе, что всё слишком сомнительно? Столько лет не обращал на Вилену внимание, а тут раз-два и отношения?!
— Волнует? — Марк наступает, но и я не пальцем деланный. Шагаю навстречу. Спасибо генетике и турнику за рост, смотреть на этого придурка сверху приятно. — Это наши отношения, ничего не знаешь.
— Я? — смеюсь, едва наклоняясь. — Блиц-опрос, кто больше знает. Любимые цветы Вилены?
— К чему это? — Грачев опешил и оступается. Самое время опустить его с небес.
— Розовые лилии, — загибаю палец, присуждаю победу и очко себе. — у нее в прошлое воскресенье вышел тренд, там было этот факт. Любимая сладость?
— Думаешь я плохо знаю свою девушку? — Грач пытается ретироваться, да не на его стороне правда. — Белый шоколад.
— 2:0 в мою пользу, — загибаю второй палец. Марк связался не с тем человеком, я гребаный сталкер со стажем 8 лет. — маффины из пекарни «Лакрица» около ее дома. Любимая песня?
— Шутишь?
— Нет, трек «Плевать — Ubel». — Кручу перед носом три загнанных пальцы, назойливо усмехаясь и гордясь победой. — Так и будешь продолжать делать вид, что все мои подарки от тебя?
Пока думаю над продолжением монолога, в переносицу прилетает кулак, и в глазах мутнеет от полученного удара. Лежу на полу, пока Грачев размахивает кулаками. Артём приходит в себя и пытается убрать с меня Марка, потому что не отвечаю на его дурацкую попытку выяснить отношения дракой. Водонаев зовет кого-нибудь из взрослых и держит двумя руками вырывающегося врага. Сажусь, стираю текущую кровь из носа и продолжаю капать ему на мозг смехом.
В тот самый момент, когда в пустую раздевалку заходят тренер и Анна Львовна, бабушка Вилены, Артем не удерживает Грача, и он налетает на меня по новой, ударяя ногой в грудь. Благо Андрей Викторович отталкивает Марка, заламывая ему руки. Грачев называет «ублюдком» и «гребанным сталкером», и тут он прав, отлично описывая две мои ипостаси.
— Ты как? — Водонаев водит фонариком перед глазами, когда остаемся наедине.
— Порядок. — вытираю рукавом кровь и выхватываю из его рук телефон, проверяя насколько избита физиономия.
— Грачев — клоун. — проговаривает друг и делает снимок последствий. Стараюсь улыбаться, хотя все губы в крови. — Кстати, чего не защищался? Тебе же ничего не стоит уложить его на лопатки.
— Стратегия, так как «война — это путь обмана». — пока цитирую прочитанную «Искусство войны», Артём крутит пальцем у виска. — Сам подумай! Кого будет жалеть Романова, когда узнает, что Марк сорвался? Избитого или зачинщика, который не справился с ревностью? Помимо этого, руку где он поднял и при ком? Грачеву светит выговор и конец отношений, и я об этом нисколько не жалею.
— Ну и лев! — Водонаев, наконец, осознал весь масштаб произошедшего. — Беру слова назад, непонятый гений ты, Григус.
Македонский научил делать акцент на подготовке: «Нет ничего недостижимого для тех, кто готов». Сунь-цзы приучил придерживаться стратегии и использовать один из ведущих принципов: «Знай своего врага и знай себя, и тебе ничего бояться исхода сотни битв.»
Анна Львовна возвращается с аптечкой в раздевалку и жалостливо охает. Отлично помню, как она не терпит борьбу вне ринга, а значит Грачев потерял ее благосклонность. Всего-то одно действие, и вся его жизнь катится, словно снежный ком.
— Что не поделили? — бабушка Вилены протягивает влажную салфетку, чтобы стер все запекшуюся кровь. Лицо неприятно саднит, но это всё стоит того.
— Да так, — отмахиваюсь, дабы избежать лишних вопросов. — мы во всем соревнуемся
— Вилена?
Анна Львовна уточняет, благо Артём ушел за водой. В комнате повисает неловкое молчание, но всё вполне объяснимо. Бываю у их дверей чуть ли не каждый день и передаю через дядю Витю презенты.