Вилена нерешительно кивает, робко целует и остается говорить с Федей. Я выдохнуть не успеваю, лучшие друзья хватает за ноги и руки, чтобы бросить в воду в одежде. Они с шумом бросают, а после ныряют сами. Вчетвером сидим в холодной воде, пускаем брызги и много смеемся. Правда, не представляю себе будни без своих «адских» друзей. Артём больше не будет срывать уроки, Миха играть больного, чтобы прогулять, а Влад списывать физику.
Кажется мы синхронизируемся и ловим себя на озарение, потому что брызги заканчиваются, а смех умолкает. Вишневский мотает головой на берег, и первым идет против стихии. Спустя пару минут, сидим плечом к плечу, стираем текущие капли с волос и рассматриваем красное зарево начинающегося рассвета.
— Только попробуйте перестать писать в нашу беседу, каждого найду и ударю. — мрачно цедит Водонаев и кладет руку на мое плечо, запуская цепочку. — Я всё еще не верю, что в понедельник уже первый экзамен.
— И я. — Миха поддакивает и нервно водит пальцами по губам.
К нам присоединяются девчонки с Федей, садясь рядом и стараясь не замараться сырым песком. Вилена шлет воздушные поцелуи, заправляет остатки кудрей за уши и тепло улыбается. Федя, сидящий рядом с ней, показывает большой палец вверх, хотя бы с одной драмой закончили.
Марк испортит настроение лишь в понедельник на русском, но нам двоим явно будет не до выяснения отношений. Арина, к счастью, удалила все свои соцсети и по словам ее мамы теперь каждую неделю общается с психологом. Наверное, про эти главы жизни тоже можно сказать, что они закончены. Два месяца назад не мог представить, что школу буду заканчивать, будучи в отношениях со своей первой любовью и в состоянии перемирия с младшим братом. Спасибо дяде Вите за вправленный мозг.
— Устала? — уточняю у Вилены, когда она встает с места и тянет на себя с песка.
— Есть немного. — Романова утыкается подбородком в мою грудь и кладет песчаные руки на щеки. — Можем зайти ко мне, успокоить маму и пойти к тебе, потому что бабушка явно не даст спать…
— Давай, но с обеда смена. — обнимаю ее крепче и плавлюсь от всех горячих прикосновений.
— Вечером можем продолжить начатое.
— Значит вечером завалюсь с попкорном, маффинами и каким-нибудь кино. — девчонка моей мечты встает на носки, касается своим носом моего и быстро целует. — Спасибо за всё, что ты делаешь.
Не успеваю признаться ей в любви, так как Водонаев всех резко обрызгивает и предлагает валить, пока охранник не начал осмотр территории. Приобнимаю Вилену за плечи и помогаю на себя навалиться. Она в плечо целует и снимает видео на мой мобильник на память. Федя равняется рядом и щурится от солнца, прикрывая глаза ладонью.
На набережной расходимся по разные стороны. Влад с Дариной в одну, Миха с Артёмом и Кариной в другую, а мы с Виленой и Федей прямо. В городе тихо, пустые улицы, залитые светом, и стойкий запах черемухи.
— Восемь лет как один миг. — на детской площадке мечтательно тянет Федя и закидывает пиджак на плечо.
— Правда, весна длится слишком долго. — уточняет Вилена и стирает что-то на моем лице. — Я бы хотела забыть март–апрель и сразу оказаться в мае.
— Вы есть будете? Хочу доставку заказать. — переводит тему брат и разворачивается спиной к входной двери.
— Можно, но мы сначала ко мне поднимемся.
Брат салютует и теряется около подъезда. Я подхватываю Вилену на руки, крепче обнимая за поясницу и бедра. Она воодушевляется, сводит руки на затылке и прикладывается губами к виску.
— Повезло с Рыцарем, математику решает, на руках носит и в любви признается. — Вилена краснеет и поправляет воротник моей рубашки, которой точно светит мусорка после плавания и песочных ванн. — Жди, что к концу лета точно признаюсь тебе в любви.
— Отмечу этот день галочкой в календаре, как третий важный праздник.
— А какой первый? День, когда мы начали встречаться? — она задается вопросами, а я ставлю ее на ноги перед квартирой.
— Почти, — целую ее в макушку и наваливаюсь на стену. — день, когда Анна Львовна привела нас в вашу квартиру и мы познакомились.
Вилена открывает дверь в квартиру, запускает следом и пытается отыскать на ощупь включатель. Свет включается сам по себе и замечаю того, кого не ожидал. Дядя Женя на костылях, со шрамами и самой широкой улыбкой. Вилена срывается с места с возгласом «папа», и всё, наконец, становится на свои места.