В то же время вышла работа Бруно «Пир на пепле», состоящая из пяти диалогов, также посвященных пропаганде астрономических теорий Коперника. На страницах книги представлен спор автора со сторонниками теории неподвижности Земли, которые приводят в пример камень, брошенный с высокой башни. Мол, если бы планета не стояла на месте, а вращалась, то камень упал бы не прямо вниз, а несколько в другом месте. В ответ на это Бруно предложил свой аргумент — пример плывущего корабля. Прыгнув на палубе, пассажир приземляется в исходную точку, а если бы Земля не двигалась, такое было бы невозможно. А это значит, что наша планета вращается и тянет за собой все, что на ней находится, — рассуждал итальянский мыслитель, приближаясь к открытию закона тяготения и теории относительности, сформулированной Эйнштейном в XX веке.
Следует заметить, что в своих изысканиях Бруно основывался не только на теориях Николая Коперника, но и на идеях Платона о некоем «первоначале», которое дало толчок для создания Вселенной. В то же время понятие Бога для Джордано включало в себя не только упомянутое первоначало, но и природу, и даже человека (что полностью противоречило учениям церкви). Кроме того, итальянец соглашался с другим древним мыслителем — Пифагором — в том, что мироздание держится на гармоничной системе чисел. Еще одним источником вдохновения для Бруно была герметическая философия, основанная на древних текстах, якобы принадлежащих мудрецу Тоту Гермесу Трисмегисту, — учение о высших законах природы, где все подчиняется как принципу причинности, так и принципу аналогии.
Свои идеи Бруно пропагандировал в различных лондонских кругах, в том числе при дворе Елизаветы I. Однако единомышленников не нашел, даже среди таких высокообразованных людей, как Уильям Шекспир и Фрэнсис Бэкон.
Наконец в 1591 г. мыслитель решил вернуться в Италию, где вскоре познакомился с венецианским аристократом Джованни Мочениго. Наслышанный о феноменальной памяти Бруно, Джованни предложил ему хорошую плату за уроки по мнемонике. Джордано был польщен милостью аристократа и в личных беседах с ним стал высказывать свои астрономические идеи, а затем и взгляды на вопросы религии. Он частенько оспаривал догмат Святой Троицы и заявлял, что никакого Непорочного Зачатия не было, а Иисус — это просто маг, чья смерть была лишь случайностью. Мочениго пугали такие идеи, и он написал донос на своего учителя, обвинив того в ереси. Обеспокоенные тем, что влиятельный философ убедительными речами отвернет паству от церкви, представители инквизиции приговорили Бруно к казни «без пролития крови» — на костре. И в феврале 1600 г. на площади Цветов в Риме мыслитель был сожжен.
После себя ученый оставил отчеты об анализе падения тел, которые впоследствии помогли Галилео Галилею открыть принцип инерции. Да и другие ученые XVII века пользовались трудами Бруно в качестве вспомогательных материалов — для выдвижения собственных теорий. В то время все его суждения были бездоказательными. Однако современная наука восполнила эти пробелы. Через несколько столетий после смерти Бруно его идеи получили развитие в теориях Большого Взрыва и бесконечного роста Вселенной.
Фрэнсис Бэкон
Английский философ, писатель и государственный деятель, один из родоначальников философии Нового времени, автор знаменитого афоризма «Знание — сила» родился 22 января 1561 г. в Лондоне. Отец Фрэнсиса был политиком, дед — известным гуманистом, воспитавшим короля Эдуарда VI. Мать, очень образованная женщина, владевшая древнегреческим языком и латынью, дала сыну неплохое домашнее образование. Повзрослев, юноша два года проучился в Тринити-колледже Кембриджского университета, а затем три года провел во Франции, в свите английского посла Эмиаса Паулета.
В 1579-м, после смерти отца, Фрэнсис поступил в школу адвокатов, а через пять лет стал членом парламента и на протяжении трех десятилетий играл видную роль на сессиях Палаты общин, время от времени посылая королеве Елизавете I письма с рекомендациями по тому или иному политическому вопросу. Помимо депутатской деятельности, в 1591 г. Бэкон стал советником фаворита королевы — графа Эссекса. Но когда тот попытался организовать переворот, Фрэнсис первым осудил его — как «государственного изменника».
Из-за козней завистников и собственной прямоты (Бэкон часто выражал недовольство политикой Елизаветы) Фрэнсис вскоре потерял расположение королевы. И лишь с приходом к власти Якова I Стюарта карьера скандального политика снова пошла в гору. А в 1621 г. недоброжелатели обвинили его во взяточничестве. В суде Бэкон признал, что клиенты делали ему подарки, но это, по словам обвиняемого, никак не влияло на его решения. Благодаря заступничеству Якова с Бэкона сняли обвинение, хотя лишили всех постов и запретили появляться при дворе. В последние годы жизни он занимался исключительно научной и литературной деятельностью.