Болезнь распространялась стремительно. У двухсот тридцати девяти человек из числа тех, что находились в метро в тот момент, когда разбилась пробирка, через несколько дней появились первые симптомы.
Власти, как это бывает, встревожились не сразу — для принятия серьезных решений нужно время. Поэтому лишь незначительная часть зараженных была изолирована в первые же часы — некоторые (не все) из тех, кто сами на всякий случай обратились к врачам.
Несколько человек успело улететь за границу, прежде чем был установлен карантин.
Запоздалые объявления по радио способствовали возникновению паники. Панические слухи побуждают многих срываться с места — и тем самым тоже способствуют более быстрому распространению болезни.
К тому же вирус, родственный вирусу гриппа, передавался воздушно-капельным путем, что делало заражение особенно легким...
Первые симптомы напоминали грипп, но потом наступала следующая стадия.
Возьмем типичную семью зараженного. Муж и отец (назовем его Иван Петрович Голубков) мучается от гриппозных симптомов, отягощенных моральными страданиями. Зачем он
вообще в тот день спускался в метро? Сэкономить несколько рублей? Можно было поехать в маршрутке.
Жена и дочь смотрят телевизор. Время от времени вспыхивает панический разговор — и снова гаснет. Жена (Елена Михайловна) чувствует первые симптомы и от этого нервничает еще больше. Дочь Полина пока не чувствует ничего, но тоже боится.
В этот момент на лице Голубкова прорисовываются первые признаки второй стадии в виде красивых зеленых квадратов.
Елена Михайловна приносит мужу чай.
— Боже мой, у тебя все лицо в клеточку!
Она едва не разбила любимую мужнину чашку.
Через несколько минут они убеждаются, что все тело Голубкова покрылось тем же рисунком. Вспыхивает спор. Побеждает — само по себе спорное — мнение: позвонить в больницу.
Еще через неделю. Секретное заседание кризисного штаба в одном из крупных городов — не менее типичное, чем семья Голубковых.
Федеральный представитель: Пожалуйста, господин полковник.
Полковник (откашливается): Ну, у меня для вас две новости, господа, как в анекдоте. Одна, пожалуй, хорошая, а другая...
Мэр: Понятно.
Полковник: Да нет, одна действительно хорошая. Нам удалось установить происхождение вируса. Нам известны его характеристики и вероятные последствия заболевания. Он не опасен для жизни.
Мэр: А в чем тогда плохая?
Полковник: Остановить распространение эпидемии практически невозможно. Получение эффективной вакцины против вируса, основанного на обратной транскриптазе, крайне затруднительно.
Мэр: Так какие тогда будут последствия заболевания? Я слышал, люди идут какими-то пятнами.
Жена мэра (она же — советник мэрии по целевой программе «Здоровье»): Не просто какими-то — кожа в зеленую клетку, с головы до ног. Это пройдет?
Полковник: К сожалению, скорее всего, нет. Над похищенной культурой велись опыты по программируемой обратной транскриптазе. В данном случае вирус выступает носителем копии гена, отвечающей за специфическую пигментацию, которая бы легко прослеживалась в экспериментах. В результате она встраивается в геном больного. В дальнейшем ее поведение такое же, как если бы это была естественная окраска кожи.
Жена мэра (истерически): Мы что, все теперь будем в зеленую клеточку?
Полковник: У некоторых есть естественный иммунитет.
Через девять недель. Эпидемия «клетчатого» гриппа пошла на спад. Переболели практически все, кто был восприимчив к вирусу. Это составляло: