Танк вынырнул из дыма совсем рядом, в паре сотен метров. Двигался он, конечно, на антиграве, на высоте человеческого роста над землей. Пушка повернута в другую сторону, но гаусс-эмиттер над башней вращается быстро-быстро, готовый в любую секунду и в любую сторону плюнуть невидимой и неслышимой смертью...
Олег поймал прицелом бронированную громадину. Стрелять из гаусс-винтовки в танк — занятие достаточно бесплодное. Защитные поля погасят энергию выстрела — температура внутри боевой машины повысится на тысячную долю градуса, на какую-то очень малую часть своей емкости разрядятся аккумуляторы танка... Вот и весь ущерб врагу.
Подствольный гранатомет чуть более эффективен. Но лишь чуть... Слишком невелики по размерам уязвимые части бронемашин, слишком большое рассеяние у гранат...
И все же Олег выстрелил в шар эмиттера, успев мельком подумать, что чем-то он напоминает школьный глобус, только ножка слишком толстая.
Ба-бах! Мимо... Граната просвистела в метре от цели, и ее белый дымный хвост исчез в туче дыма.
Слева тоже кто-то выстрелил по танку, тоже гранатой. Угодил в корпус — грохот, ослепительная вспышка, визг осколков. Зрелищно, но безвредно для танка. Кто там, слева? Олег не помнил, да и некогда было вспоминать...
Танк нанес ответный удар. Пушка рявкнула, и там, откуда прилетела вторая граната, встала стена багрового пламени. Ненадолго, на секунду или две — но живых среди обугленных камней не осталось с гарантией. ОВС, объемно-вакуумный снаряд, страшная штука...
«Зален...» — вспомнил Олег. Именно он там лежал, в укрытии между двумя валунами. Нет больше Залена, круглолицего
Речь надворного советника не затянулась, — изложенная холодно, сухо, без каких-либо эмоций.
Елизавета-Умзала с ее гигантскими запасами стратегического сырья, говорил Адабашьянц, одна из ключевых планет не только Беты Эридана, но и всей Империи — как освобожденной ее части, так и остающейся пока в руках мятежников. Война — весьма прожорливый младенец, можно сказать, ненасытный. Запасы снаряжения, техники и боеприпасов, накопленные за двадцать лет, расходуются теперь очень быстро. Он, надворный советник, не откроет великую тайну, если скажет: расходуются быстрее, чем возобновляются. И если бы не бесценная помощь союзников (поклон в сторону хултианина), то победоносное наступление уже на нынешнем этапе весьма замедлилось бы из-за недостатка ресурсов. Но какие громкие победы ни были бы одержаны сейчас, выбор стоит простой: или мы в кратчайшие сроки налаживаем производство, в первую очередь военное, на возвращенных территориях, или обрекаем себя на проигрыш войны в стратегической перспективе.
Отсюда вывод: министерство не намерено вмешиваться в дела армии или флота. Однако же категорически настаивает (и рекомое требование поддержано Личным кабинетом Его Императорского Величества): шахты, рудники и разрабатываемые открытым способом месторождения Елизаветы должны пострадать как можно меньше. Решать, каким именно способом будут достигнуты необходимые результаты — прерогатива господ военных. Но ясно, что всеуничтожающие удары из космоса исключены. Елизавета — планета малонаселенная, все ее города и поселки образовались возле тех или иных месторождений, уничтожение их автоматически означает: добыча сырья будет возобновлена не скоро. А это — поражение. Никакой героизм не поможет, если боевым кораблям будет не на чем летать и нечем стрелять.
Так вот выглядит ситуация с его экономической колокольни. Решайте сами, господа, но будьте мудры, предусмотрительны и осторожны.
— А теперь слово вам, Михаил Александрович. Господа, кто не знаком: полковник Отдельного корпуса Несвицкий, адъютант его высокопревосходительства наместника, светлейшего князя Горчакова.
Несвицкий встал, тоже звякнув шпорами, — офицеры ОКЖ, «черная гвардия», как их иногда неформально именовали, номинально числились по ведомству гвардейской кавалерии.
— Господа, я должен осветить еще один крайне важный аспект проблемы, до сих пор не обсуждавшийся, — начал полковник. — Естественно, всё мною сказанное будет отражать мнение командования Отдельного корпуса жандармов, равно как и его превосходительства наместника. Более того: проблема известна Его Императорскому Величеству и находится под его личным контролем.
Несвицкий помолчал, чтобы все осознали и прониклись важностью сказанного, затем вдруг понял, что бессознательно подражает хултианам, мысленно сплюнул и продолжил уже проще, без высокопарных формулировок:
— Разговор пойдет о главном богатстве нашей цивилизации. И это отнюдь не руды и прочие ископаемые, хотя я вполне понимаю и разделяю резоны Министерства территорий. Это гены — огромные запасы генетического материала, привезенные на борту «Ковчега-7». С остротой проблемы все знакомы, я надеюсь, — не новость, в каких ничтожных количествах рождаются у нас дети естественным путем, и какие странные отклонения зачастую имеют. Речь не только о рабочих Эрладийских рудников, превратившихся в совершеннейших мутантов. Речь обо всем человечестве Эридана. Геном человека оказался слишком хрупким предметом для жизни под чужими звездами...