Онемев от восторга, он только кивнул вместо ответа. Фрау Гурфинкель-Сурепка прошествовала мимо него и, ни разу не оглянувшись, зашагала по улице в сторону вокзала.
Старик смотрел ей вслед, пока она не свернула за угол. Чувствуя себя как-то странно, он вдруг заметил, что его рука поднята и покачивается из стороны в сторону.
– Ты ей машешь? – спросила фрау Кусака – плотоядное растение, обитающее на шляпе деда Страхмана.
Рука тут же опустилась:
– Нет! Леший не таковский, чтобы махать!
Он смущённо оглянулся. Вроде бы никто за ним не наблюдал. Только муха летала вокруг его головы. Заметив её, он стал следить за ней взглядом. Фрау Кусака уже разинула пасть, но старик не подумал о голодной спутнице. Одно молниеносное движение – и насекомое у него в руке. Он с наслаждением проглотил добычу.
– Фу-у-у-у-у! – воскликнула Мона-Лиза, проходившая мимо.
В ту же секунду ворона, сидевшая на крыше дома номер тринадцать, распахнула клюв и упоённо каркнула. «Фу» (хоть с десятью «у», хоть с одним) значилось в списке слов, которые не должны произноситься.
– Брр! – содрогнулся дедушка Страхман, но потом вспомнил о фрау Гурфинкель-Сурепке, и в нём впервые затеплилось странное чувство – радость.
Ему пришлось признать, что это ощущение ему далеко не противно. Окрылённый как никогда, он скрылся за дверью своего дома.
Глава 13
Добро пожаловать к Страхманам
На следующий день, когда Оттилия направлялась в гости к своим новым друзьям, ей встретились Мона, Лиза и Мона-Лиза.
– Ты ведь не к этим идёшь? – сразу же спросила одна из девочек, наморщив нос.
– К каким «этим»?
– Ну к тем, которые недавно приехали. К Страхманам.
– Именно к ним я и иду.
– Ты чего?! Они же стрёмные! Совсем с головой не дружат – что дети, что родители. Чокнутые!
Оттилия с тревогой посмотрела на ворону, шпионившую за обитателями тринадцатого дома. Птица молчала: видимо, запрещённые слова были не в счёт, если никто из Страхманов не находился рядом.
– А вы уже успели познакомиться? Долго общались с ними? – спросила Оттилия невинно.
– Ещё чего не хватало! Да мы даже близко к ним не подойдём!
– Если вы незнакомы с этими людьми, то откуда вам знать, какие они?
– Ну это же сразу видно!
Оттилия смерила девочек взглядом.
– Знаете что? Вы тоже не кажетесь милыми и дружелюбными. Тем не менее Страхманы о вас ничего плохого не говорят. Поэтому я предпочитаю играть с ними – с «этими», как вы их называете.
Мона, Лиза и Мона-Лиза фыркнули и, не сказав больше ни слова, удалились с высоко поднятыми головами.
Оттилия глубоко вздохнула. Что ожидало её в доме Страхманов? Му упоминал о живых вещах… Только бы они оказались не злыми!
Взволнованная гостья остановилась перед дверью тринадцатого дома и позвонила. Совсем недавно она стояла на этом самом месте, держа кекс, а ребята предлагали ей просунуть его в щель. Оттилия улыбнулась.
В этот момент дверь открылась. Рука, высунувшаяся наружу, втащила гостью в дом.
– Родители только что ушли, – прошептал Му.
– А дедушка? – спросила Оттилия и повертела головой, ища взглядом лешего.
– Сидит у себя в подвале, бухтит. Если ты и попадёшься ему на глаза, он тебя, скорее всего, не заметит. В любом случае ему никогда ни до чего нет дела. Он даже не знает точно, сколько у него внуков, – ответила Вольфи.
– Когда я становлюсь видимой, он каждый раз спрашивает, кто я такая.
– Если хочешь, чтобы он обращал на тебя внимание, здоровайся с ним и называй его дедушкой, – посоветовал Му и улыбнулся.
– Дом-то у вас огромный! – сказала Оттилия, только теперь оглядевшись. – А снаружи кажется не больше нашего! Как такое может быть? Здесь у вас настоящий старинный замок!
Ребята стояли в просторном холле. С высокого потолка свисали хрустальные люстры. Две широкие расходящиеся лестницы вели наверх.
– Неплохо, правда? – послышался голосок Шмыг. – Я вообще-то замковое привидение, и в маленьком доме мне было бы тесно. А тут всё, как я люблю.
– Идём. Покажу тебе мои владения, – сказала Вольфи и потянула Оттилию за собой.
Комната оказалась большой. В углу стояла нормальная кровать. Но хозяйка, недолго думая, запрыгнула в корзину и свернулась калачиком.