Чуён это только больше раззадорило.
– Ты то работаешь, то с парнем гуляешь. Никогда не отвечаешь мне. Но когда тебе надо что-то объяснить перед экзаменом, сразу прибегаешь.
– Но…
– Ты знаешь, сколько моих звонков пропустила с тех пор, как начала встречаться с ним? Говоришь, что занята, но с парнем переписываешься постоянно. Ты специально меня игнорируешь?
– С чего ты это взяла?
– Зато, когда надо, сразу бежишь ко мне. Думаешь, я позволю собой так пользоваться?
– Чуён…
– Я или твой парень? Выбирай. Я так больше не могу.
– Что?
Соын удивленно посмотрела на подругу. Все это было так странно, что она слегка улыбнулась от абсурдности происходящего.
– Тебе смешно?
– Нет, я…
– Думаешь я тут шутки шучу? Хорошо. Пусть теперь парень покупает тебе учебники и угощает лапшой. Тебе же не будет грустно, как раньше, когда над тобой издевались?
– Чуён…
– Ты говорила, что мы лучшие друзья. Разве лучшие друзья звонят, только когда им что-то нужно? Мне очень одиноко, но тебе все равно. Тебе плевать на мои чувства и переживания.
После этого разговора Соын написала много сообщений с извинениями, но каждое из них лишь больше кололо гордость Чуён.
«Она извиняется, потому что на самом деле не считает меня лучшей подругой? Или потому, что парень ей действительно дороже? А может, она насмехается над тем, как я уговариваю погулять со мной, умоляю не оставлять меня одну?»
Чуён снова вспомнила слова психолога: «Она тебе нравилась?»
Может, это действительно так?
Девочка уткнула голову в колени.
Любовь, не любовь – какая на самом деле разница?
«Да. Она мне нравилась. А еще мне просто хотелось иметь человека, которому можно рассказать все что угодно, который не станет сплетничать за спиной, который искренне радуется успехам и не осуждает за неудачи. Соын принимала меня такой, какая я есть».
Чуён подняла голову и посмотрела на подругу.
«А знаешь? Мне нравится, что ты меня навещаешь.
С тобой мне не так одиноко».
Глава 21. Психиатр
В подростковом возрасте многие начинают формироваться как личность и обращать внимание на представителей противоположного пола. На этом фоне они задумываются и относительно своей гендерной идентичности.
В дневнике Чуён таких переживаний не наблюдается, но в какой-то момент она замечает, что буквально одержима подругой. Вот, посмотрите на эту строчку:
Я схожу с ума. Что со мной не так?
Последнее предложение она перечеркнула. Кажется, девочка сама не до конца понимает свои запутанные чувства. Таким детям необходимо иметь рядом человека, с которым можно искренне поговорить и рассказать все, что лежит на душе. Но семья Чуён не такая. В дневнике часто мелькают строчки «Нельзя, чтобы мама с папой узнали об этом» и «Мне страшно». Это говорит о том, что девочка боится собственных родителей. За неимением собеседника она стала выплескивать чувства на страницы дневника.
Чуён не способна самостоятельно разобраться в своих переживания. Она осознает, что чуть ли не одержима подругой, но не может принять, что та не отвечает взаимностью. Это злит ее.
Обстановка в семье довольно стабильная, Чуён хорошо учится, ее много хвалят, и при этом она очень тревожная. Когда таких людей постигает неудача, они начинают волноваться, что теперь навсегда останутся неудачниками. От этого они становятся весьма самокритичны. Они ждут от себя только побед, а когда что-то не удается, они не могут это принять и происходит эмоциональный взрыв. Так, Чуён реагирует на отказ агрессией.
Мне не нравится, что этот ублюдок постоянно кружит рядом с ней, а она притворяется, что вся такая хорошая, потому что влюблена в него. Бесит. Хочу их обоих убить.
В дневнике можно многое написать, это не обязательно говорит о том, что она была готова пойти на эти действия на самом деле. Однако можно сказать, что определенные наклонности к насилию у нее есть. В конкретной ситуации она могла не справиться с этими импульсами и поддаться им.
Глава 22. Адвокат Ким
Первое заседание закончилось весьма неплохо, но не было никаких гарантий, что ей удастся выиграть это дело. Кровь закипала от одного воспоминания о выходке Чуён. Она тут пытается спасти ей жизнь, а подзащитная будто специально этому препятствует.
– И как тут тебе одной?
Слова адвоката Ким были резкими, она метала их одно за другим, словно кинжалы.