После ухода Хартса Сиа не могла сделать и шагу. Замерев на месте, она думала о том, каким ужасным человеком оказалась сама и как ужасен этот мир. При одной мысли о судьбе Джуда на нее накатывала очередная волна слез. Она плакала тихо – ненавидела себя за то, что так легко сделала выбор в свою пользу. Ее душа была запятнана лицемерием и эгоизмом.
– Прости, прости меня, – молила она, уткнув лицо в колени.
Но вокруг не было ни одного существа, которое могло бы разделить ее страдания и принять извинения.
Она сидела сгорбившись и глядела в пустоту. Еще никогда девушка не ощущала такого опустошения. Подвал, комната Лидии, библиотека. Весь ресторан был наполнен воспоминаниями о Джуде. Между вчерашним днем и сегодняшним будто появилась огромная пропасть. Ей не было места в этом мире. Хотелось уединиться и скрыться от всех.
Сиа медленно поднялась с места. Было ощущение, что все шестеренки механизма тела расшатались и перестали вращаться, лишив ее сил. Словно смирившись со своей участью, она безвольно побрела по коридорам. Казалось, что ее движения лишены смысла, но девушка точно знала, куда держит свой путь.
Ее влекли воспоминания о том месте, где нет всей этой жестокости, порождающей жалкие и ничтожные моменты, с которыми приходится жить. Где время останавливается, чтобы дать нам возможность ощутить свободу. Мысли влекли, будто чей-то голос звал именно туда. Отголоски памяти привели ее к той самой двери.
«Если будет плохо, приходи сюда», – вспомнила она слова хозяина этой комнаты и потянулась к ручке двери.
Как только дверь открылась, Сиа сразу же ощутила резкий запах алкоголя. Это винокурня. В комнате было тихо и темно, лишь тиканье часов позволяло не забыть о том, что жизнь продолжается. Отчего-то Сиа ощутила, как тревога отступает.
– Я же говорил, мне не нужны лекарства, – послышался знакомый голос.
Повернув голову в ту сторону, откуда раздавался звук, Сиа увидела Выпивалу, который, даже не посмотрев на нее, сидел с бутылкой в руках.
– Я пришла не за этим.
Выпивала поднял взгляд на девушку. Повисло молчание, нарушаемое монотонным тиканьем часов. Вдруг комнату наполнил резкий смех, но продлился недолго.
– Мог и не спрашивать. Садись скорее, – вновь пробормотал Выпивала.
Сиа послушно села, стараясь скрыть смущение. Ведь в их прошлую встречу она уверенно заявила, что ей не захочется оказаться здесь снова. Но Выпивала, казалось, не собирался ничего припоминать. Вместо этого он пустился в философские размышления:
– Каждый в конце концов устает от этого гнилого мира, – торжествующе бормотал хозяин винокурни. – Разочаровавшись в жизни, ты понимаешь, какое все же райское это место! – разгорячился он.
Когда Выпивала закончил говорить, тесную темную комнату снова наполнил размеренный ход часов. Тик-так. Тик-так. Тик-так. На мгновение девушке показалось, что бездушный механизм аплодирует сказанным только что словам.
В замкнутом тесном пространстве она ощущала себя в безопасности. Сердце забилось в такт стрелкам часов.
– Что вы делаете? – поинтересовалась Сиа.
На этот раз хозяин винокурни не напивался, а что-то помешивал в стеклянной бутылке.
– Как всегда, готовлю напиток, – ответил Выпивала, не отрывая взгляд от бутылки.
Сиа внимательно всмотрелась в содержимое. На поверхности жидкости плавала кожура лимона.
– Когда впервые оказалась здесь, то подумала, насколько должна быть ужасна жизнь, чтобы выплакать столько слез. А теперь я, кажется, начала понимать, – сказала Сиа, наблюдая за тем, как Выпивала кладет в бутылку ложку сахара.
– Но мы же плачем не только когда нам плохо. Иногда и от счастья. Об этом тоже не стоит забывать. Цена напитка сильно меняется в зависимости от этого, – усмехнулся он.
– Наверное, слезы счастья стоят дороже, – пожала плечами Сиа.
– Ошибаешься. Чтобы получился отменный вкус, напиток должен содержать весь спектр эмоций и чувств. Слезы грусти – кислые, слезы гнева – соленые. А те, что мы проливаем от радости, имеют сладковатый привкус.
После этих слов хозяин, закручивая пробку, продолжил:
– Самый лучший напиток состоит из разных слез. Без печали и злости мы не сможем ощутить счастье.
Наблюдая за движением пробки, Сиа почувствовала, что у нее кружится голова.