— Морг — это фильм ужасов. Эти ребята все подобраны с улиц, поэтому что я хочу, то с ними и делаю.
Подтверждая эту мысль, санитар подошел к одному трупу, подтянул его так, чтобы голова провисла на край лежака— и, размахнувшись, трижды двинул кулаком по лицу. Слабо хрустнули кости. Оставив голову провисать, объяснил:
— Пусть затекает.
Затем подошел к следующему трупу и проделал аналогичную экзекуцию. И к третьему, и к четвертому… Аржанникова затошнило. Он сделал шаг назад, намереваясь припустить из морга. Но санитар остановил рассудочным голосом:
— Думаешь, я спятил?
Игорь не только думал, что санитар сумасшедший, но и хотел сбегать за милицией. Да и вид санитара говорил о ненормальности: лицо бурое, дыхание тяжелое, и как только Аржанников заметил теперь, у санитара не было носа; вернее, он имелся, но как бы состоял из одних вздернутых ноздрей. Игорю почудилось дикое: санитар сейчас его схватит, бросит на топчан, заломит голову, хряснет кулаком по лицу. Но тот свое сумасшествие объяснил:
— Бизнес.
— Для покойников? — не понял Игорь.
— Для меня.
— В чем же?
— Родственники отказываются делать туалеты трупу. Мол, чистенький был. А я поработаю, к утру сукровица натечет. Труп обезображен. Родственники вынуждены мне платить за туалет трупа. Короче, рынок.
Санитар начал рассказывать истории: про оживление покойника, о краже трупа, о бутылке спирта с эмбрионом, о спекуляции гробами… Игорь задумался: умирать, конечно, придется, но нельзя ли без морга, как-нибудь прямо туда, куда надо?
— Ну, в чем твоя проблема? — спросил санитар.
От всего увиденного и от понимания того, что его просьба мало чем отличается от бизнеса санитара, Игорь заговорил сбивчиво, больше напирая на обещаемую полсотню. Полсотню санитар понял, а остальное…
— Помыть покойника, и что?
— Воду вот в эту бутылочку.
— На хрена?
— Мне.
— Зачем она тебе?
— Для науки, для ядерно-магнитного резонанса.
— A-а, хотите путем атома душу найти? — догадался санитар, отчего его ноздри и вовсе олошадели. — А какого трупа?
— Любого.
— Тогда с промежности дамы, у которой выколото слово.
— Нет!
— Да мне все равно…
Аржанников отвернулся и все свои концентрические бороздки вокруг глаз собрал так, что веки прикрылись. Поплескав воду — похоже на ногу крайнего покойника, — санитар передал бутылку, взял деньги и порекомендовал:
— Если для научных целей потребуется голова, то заходи. Но уже с баксами.
— Почему с баксами?
— Голова же с мозгами. И передавай привет.
— Кому? — удивился Игорь.
— Ираиде, — санитар хихикнул одними ноздрями.
Сегодня Ацетону повезло сказочно. В могильной загородке нашел полиэтиленовый мешок, в котором были: один помидор, два яйца вкрутую, кусок вареной колбасы и, главное, початая, без ста граммов, бутылка «Столичной». То ли забыли, что ли, покойнику оставили для пропитания.
Ацетон, как пес с краденым мясом, понесся меж могил. Употребить находку следовало с умом — в тишине и без свидетелей. Лучше опуститься в склеп, где тише не бывает.
Гранитные полированные кресты играли солнышком. Свежевыкрашенные оградки тоже блестели. Распушились березы — здесь их обламывать стеснялись. Пахло землей, весенней, не затоптанной. И тишина особая, кладбищенская — тишина уже иного мира.
Лезть в сумрак склепа не хотелось.
Было у Ацетона любимое местечко. В старых захоронениях, среди заброшенных могил с косыми или упавшими крестами. Кусок неиспользованной земли примыкал к изгороди, на которой уже открывался пустырь. Упомянутый клочок, два метра на два, занавесил малинник, безнадзорно проникший на территорию кладбища. Травка там короткая и мягкая, кочковатая, как пружины старого дивана.
Ацетон подошел скованно — его заповедное место заняли. Он притаился за просевшим каменным надгробием. В малиннике шумно дышали, но молчали. Ага, женщина стонала. Опять та парочка. Повадились трахаться на кладбище.
— Блин, в натуре, — буркнул Ацетон.
В склеп лезть не хотелось еще по одной причине: туда могли заглянуть землекопы. Например, Коля Большой. Тогда водкой пришлось бы делиться. Ацетон злобно глянул на малинник — надо показать этой парочке, чьи шишки в лесу. Дать ему в дыню, а ей по заднице. А если мужик лось здоровенный? Швырнуть в них каменюгу? Или позвать Колю Большого.
— Кучеряво трахаются, — шепотом решил Ацетон.
Парочка затихла. Видать, устали. Бомж прислушался. Что дальше? Ага, разговор вполголоса.