Дом
Я просыпаюсь в доме моего прадеда.Редкий русский может так о себе сказать.Я просыпаюсь в доме моего прадеда на рассвете в конце января,в маленьком городе у реки на границе леса с подстепьем,на Красноармейской (бывшей Подьяческой),ведущей к Красной площади (бывшей Нижней Торговой).От нее раскинулись улицы, словно пальцы:как если бы, сидя спиной к реке,ладонь положить на землю.
Крепко держали городок в кулакекупцы Нечаевы, Паршины, Грязевы.Девять храмов построили.
Прадед не участвовал, сумел увернуться, ломали другие.Болдин какой-то особо усердствовал, по воспоминаниям,Пестерев и Сопронов.Все храмы свели на нет.Потому крестили меня не здесь.
Повезли в деревню за тридевять километров,вниз по Советской (бывшей Соборной) и дальше.Тайно, чтобы без неприятностей на работе.
Морозно, окна заиндевели, шумит АГВ.Две крохотные комнаты и одна чуть побольше.Как они все здесь умещались? —Прадед, прабабка, четверо их детейда еще родственники-приживалы.После войны им стало свободней, втроем.
А позже мой дед, зятем въехав сюда,дом расширил: кухню пристроил, веранду,новые яблони посадил.В доме тепло, за стеной заснеженные деревья.
На соседней улице, Карла Маркса (бывшей Дворянской), —пять сотен шагов отсюда —Бунины жили в каменном одноэтажном особняке.Иван у них часто гащивал, у матери с братом.Написал здесь «Чашу жизни», «Деревню» и прочее.Я читал, понял почти все слова, я еще русский?
Люблю вообразить их встречу,Бунина с мои прадедом Алексеем.Писатель бы яблок купил у негона Верхней Торговой (сейчас Комсомольской)или случайно плечами столкнулись быгде-нибудь на Московской (ныне Свердлова).Мне приятно думать об этом.Но нет, не могли.
Я просыпаюсь один в доме моего прадеда,куда он заселился в середине двадцатых,как ценный руководящий кадр,вместо прежних жильцов —попа с попадьей и их дочек,чьи имена мы постарались забыть.
Василий Нацентов
Родился в 1998 году в Каменной Степи Воронежской области. Поэт, эссеист. Лауреат Международной премии имени В. Аксенова, Премии правительства Воронежской области, финалист и обладатель специального приза премии «Лицей» от журнала «Юность» и др. Печатался в журналах «Юность», «Знамя», «Октябрь», «Дружба народов», «Наш современник», «Москва», «Кольцо А», «Сибирские огни», в «Литературной газете» и др. Член Союза писателей России и Союза писателей Москвы.
«Нет, ничего, и страдание снега недолго…»
Нет, ничего, и страдание снега недолгопродлится. Грузный выдох январский,непролазный и грузный, почти опустилсяна шапку, на плечи.Все, что потеряно, стынет в руках ненадежныхи вот – вот потеряется снова.Я выхожу каждый вечер лишь только за этим.Память чужая чугунна, бескровна. Где проявитель?Это бегут по полям виртуальные детик каким – то безумным открытьям.Нет, ничего не исправить, не выдумать слова,птицы бессмертные мокнут под временным снегом,под снегом картонным.Их подбирают и плачут.Все повторится. И полные ветра карманыпотянут к земле или лопнут от свиста.(Спокойствия и не хватает на свете,а тревога напрасна.)Нет, никогда не забудут —потому что вовек не простят —всенародно, построчно.Родина только на вид равнодушна.
«Ты проснешься тихая, смешная…»
Жене
Ты проснешься тихая, смешная,и лениво скажешь: «Вот ночноесолнце!..» и покажешь на бумагу.Жизнь меняю страстно, добровольно:лучики вяжу в пучок сердитый,ставлю в вазу – в кляксу на углу.Спи, земная, ни о чем не думай.Страх волною по реке проходит,чуть качает утку, как ресничку,и рябит в прибрежных камышах.Я стою, держу в руке подснежник,потный кулачок вперед протянут,носик вздернут смирным рядовым.До утра, до наволочки мятойстриженые волосы ершатся,губы мерзнут, шепота стыдясь.
«темнота стоит по углам…»
темнота стоит по угламчтобы прятать фамильный хлам [храм]охранять светтам зверье и птицы на все ладыдля небесных трав и во льду водынет не то что смерти —прощенья нетмы сидим за тихим большим столомна столе бокалы с сухим виномна столе свеча запеченный лещвот закусим и тоже придется лечькак на противень на кровать —снега ждатьмой последний мой вещий мой вечный сонна равнине русский старик вийон —за спину голубые рукион обвит по горло сухим плющомневесом не-высказан не-прошенмежду рам комариный трупик