Журнал «Юность» № 07/2021
© С. Красаускас. 1962 г.
На 1-й странице обложки рисунок Александры Дудки «Тупик»
Поэзия
Ната Косякина
Родилась в 1994 году в Воронеже. Училась на факультете журналистики Воронежского государственного университета, переехала в Москву и окончила магистратуру на филфаке МГУ. Лауреат областных конкурсов «Стихоборье» и «Культпоход». Участник «Мандельштам-феста», Платоновского фестиваля искусств, призер регионального этапа Слэма с Андреем Родионовым. Постоянный гость новогоднего выпуска программы «Один» с Дмитрием Быковым на «Эхе Москвы».
«Пропащее мое детство…»
Пропащее мое детствоБез любви, в холоде.Некуда было деться.Жили в одной комнате.Спали, держась за сердце.Слушали треск на проводе.Черти тонули в омуте.
Будто в стеклянном шаре,Снег летел переменчивый —Домик наш. РазрешалиВыйти мне поздно вечером.Тихо под облаками!Туз выпивал там меченый:Всех прогонял – нечего! —Голыми всех руками!
Грустное мое детство!Синяя старая лавочка.Мир из сырого теста.Даже ты, моя мамочка,Будто ненастоящая,И у плиты стоящая,Спрятала что-то в ящике —Что-то вроде булавочки —
Мы не увидели, что это.Мы притворялись незрячими.
Пропавшее мое детствоНайдено было в озере.Тот, кто ему отец был, —Он нас побил козырем.Нас с тобой, двух семерок.И маму стер карандашную.Он снова придет в семь сорок,И снова ты все отдашь ему,Ведь ты моя не бандитка —Ты сестра моя младшая.Ты ходишь в моих ботинкахИ ни о чем не спрашиваешь.Мне кажется, это дико.В нашем лесу так дико.Не зря унесла нас льдинкаВ мир до конца пропавших.
«Я старик. А старику плохо спится…»
«Я старик. А старику плохо спится», —Говорит профессор. Рядом сидит девица.Душа девицы никуда не годится,Хотя пока еще она звенит.
Про них уже можно сказать заранее:В конце один останется раненый,Другой будет правым и с виду правильным.Но пока девица достает «Зенит»
И говорит: «А давайте, папочка,Сделаем с вами на память карточку».И старик, подбирая тапочки,Мнется и хохлится, как молодой.
С этого места осталась музыка,Разлетевшись под крышку пузырька,В щели стен, в душу деду и в мусорку(карточку позже залили водой).
А старику до сих пор плохо спится.Жизнь из его пузырьков клубится,Но он не плачет по ней и не злится —Он улыбается и что-то ждет.
И, видя его во сне, я думаю:Будь умным – не будешь обижен дурой.Будь добрым – и будешь спасен культурой.А с прочим – не знаю. Как бог пошлет.
«Она не выживет без него…»
Она не выживет без него —это было понятно сразу.Когда она прижимала розык груди, когда, хороня его,как рысь голодная, озиралась.
Когда ей в чашке казался сад,но сад вишневый, а может, руки,и вместо вишен глядят глаза?Когда сказала, что к ней стучали,когда петуньи ведром накрыла.
Когда на улице, во дворе,она смотрела так безучастнона пса их, спящего в конуре,и думала, что это есть рисунок,споткнулся ветер, лег на бугре.
Она не выживет без него —это было понятно раньше,когда спускались они вдвоеммимо цветов своих к магазинам,когда ругались, и улыбались,и мясо жарили, и когдаони и в 70 танцевали.
Они танцоры – настолько, чтородить сумели одних танцоров.В их школу танцев меня ввели,когда мне 6 только что пробило.Мне было все равно, и тогдая их увидела, и впервые:«Она не выживет без него», —подумала.
За эту женскую полусмерть,за это высохшее «не выжить»я зацепилась, пока я шла,я рукавом задержалась, дернулась:и я не выживу без тебя.Когда мы даже не сговорились,я знала точно, что будешь ты,а заберут – и тогда не выжить.
Мне эта мысль отравляет жизнь.Я никому ее не открою.
«Не будем мы больше включать «Наутилус»…»
Не будем мы больше включать «Наутилус»И ночью с соседкой спускаться к реке.Прости нас, уборщик, что не получилосьСтать тем, кем болтали, забылось уж, кем.
Усталость, усталость, тупая усталость.Кусалось и вот откусило кусок:Прощай, моя радость! Что молодость – малость!Я хмурюсь, как небо, на время в глазок.
~ 1 ~