– У вас тоже кошка? – спросил я.
Она вздрогнула и улыбнулась.
– Ага.
Ну и учителя пошли. Одна ругается матом среди коридора. Другая говорит «ага», как будто нормальный человек.
– Только не кошка, а кот. Карл Иванович. Не спрашивай почему.
Вообще-то я и не собирался спрашивать. Поэтому пожал плечами и сказал:
– Я, наверное, с кроликом возьму, – и уже собирался развернуться, чтобы идти в кассу.
И тут она спросила:
– А что с щекой? Я надеюсь, что это не связано с моим вчерашним уроком?
Я неопределенно хмыкнул.
– Ясно, – сказала она и вздохнула. – Знаешь, мы как-то тоже решили прогулять урок всем классом. И прогуляли. А потом узнали, что урока все равно не было, потому что у нашей учительницы за пару уроков до нас случился инсульт и ее увезли в больницу. Она долго потом болела, а потом умерла. Она старенькая была очень. И мы ни при чем, конечно. Это вообще никак не связано. Подумаешь, прогуляли. Просто совпадение. Но тем не менее.
А я стоял с пакетиком кошачьего корма в руках и совсем не понимал, почему она решила рассказать эту историю именно мне.
– Да ладно, вы же точно были не виноваты, – сказал я. – При чем здесь вы и инсульт?
– Да, ты прав. – И англичанка снова улыбнулась, но видно, что через силу.
– Ну тогда будем считать, что мы с Катей спасли вас от инсульта, – брякнул я.
И она рассмеялась.
– Да уж, будем считать, что так. Ну ладно, иди, я пока еще повыбираю.
– Ага, кролика берите! До свидания!
– До свидания!
И я уже почти ушел, когда она сказала мне вслед:
– Спасибо!
И я знал, что это спасибо было не за кролика.
Мама была уже дома.
– Угу! – сказала она, когда я вошел.
– Ну вот так вот, – сказал я.
– Суп будешь? Он невкусный, я знаю. Но другого нет.
– Да ничего, сойдет и невкусный.
И мама налила мне в тарелку суп и достала ложку, как будто бы я был маленьким. Каким-нибудь там четвероклассником или около того.
– Расскажешь? – спросила она.
Я покачал головой.
– Уверен?
– Да ерунда, забей!
И я был благодарен, что она ничего не стала расспрашивать.
– Не надо так больше, ладно?
– Постараюсь.
– Ты хороший человек, знаешь?
Вот странно все-таки. Стоит только дать кому-нибудь по физиономии и еще и получить в ответ – так тебе скажут, что ты хороший человек. Вот где логика у этих взрослых?
А мама, сощурившись, как будто только что прочитала мои мысли, добавила:
– Нет, ты хороший не потому, что подрался. Решать вопросы кулаками – последнее дело, ты знаешь. И все же ты хороший.
– Почему?
– Ты видишь хорошее в людях. Во всех без исключения.
Я пошел к себе, почитал проклятия в свой адрес в чатике. Потом через несколько строк: «Ладно, оставьте Миронова в покое. Пусть это остается на его совести. Круто он Вовчику врезал».
Дальше шло обсуждение нашей драки.
А потом в личку от Лены:
– Ладно, Мирон, проехали. Вовчику давно пора было врезать.
Я ответил смайлом в виде знака «ок».
Мне тренькнуло уведомление о новом сообщение в контактике.
Семенова. Я даже не знал, что она у меня есть в друзьях. В любом случае, раньше она никогда мне не писала, с чего вдруг сейчас пишет. Я даже напрягся и боялся читать ее сообщение. Что она, интересно, себе надумала? Может, возомнила, что я из-за нее подрался? Точно, сейчас спросит про драку. А может, напишет какую-нибудь сопливо-слащавое «тебе не больно»?
А мне больно, конечно. Я что, киборг, что ли?
Но она написала:
– Мирон, а почему ты пошел на английский? Я не знал, что ей ответить.
Вдруг она думает, что из-за нее. А на самом деле не из-за нее, а из-за англичанки.
И поэтому ответил:
– А ты?
Хотя знал ответ. Потому что Катя – ботан. Она физически не может пропустить урок. У нее от этого, наверное, мир рухнет. Упадет в Великое море вместе со слонами и черепахой.
Долго мельтешили точечки: «…Екатерина печатает».
И наконец упало:
– Мне стало ее жалко. Она придет, а там никого.
– Может быть, она бы, наоборот, обрадовалась. Йуху! Класса нет, можно идти домой. А мы ей все испортили.
Катя отправила смайлик.
– Ты уже знаешь, в какой класс пойдешь?
Ну конечно, этот вопрос она точно не могла не задать.
– Понятия не имею.
– А чем ты хочешь заниматься?
Вообще это странно, конечно, переписываться в чате с отличницей, которой класс объявил бойкот за то, что она пошла на урок английского, на который ты тоже пошел.
– Вообще без понятия. Но точно не хочу стоять и ловить кого-то во ржи.
– О, ты тоже читал «Над пропастью во ржи»?
– Читал, мне не понравилось. Над пропастью ОГЭ – это понятно. А во ржи странная цель в жизни. Ты знаешь, что тебе объявили бойкот?