БАЗИЛИК
С утра сильная и независимая на сто кошек(нет существительных, согласующихся с прилагательным «сильная»),А к вечеру – внутри привычное ледяное крошево.Растишь в себе взрослого, как базилик, а картошка лезет, куда ее не просили.Хотя это хуже картошки, это сорняки, здравствуйте, борщевик и крапива.Или будет гореть изнутри, или и вовсе – пойдет душа волдырями.Я не хочу быть восторженной дурочкой, которая тебя полюбила.«Это булыжник, он мой лучший друг», – плачет ребенок маме.
Дело же не в тюльпанчиках в целлофане, не в мигающих ядовитых открытках.Честно – не этого мне не хватает, мне нужно вообще другое.(Нет существительных, согласующихся с прилагательным…) – у моря гниет корыто,Я не хочу быть старухой, я лучше останусь никем не пойманной, холодной и золотою.
Никто за ним не гонится, вот он и неуловимый.Никому она не нужна – вот и сидит одна (с кошками) королева без королевства,Нет существительных, согласующихся с прилагательным. Я тебя полюбила.Но я знаю, это пройдет, поболит – и вместо шрамов – останутся тексты.
Хорошо быть взрослой, потому что знаешь – будет новое утро, точно.Встану, надену очки, сварю кофе, посмотрю, как за окном не сдается зима.Полью базилик и постараюсь вырвать с корнями все, что понарастало здесь ночью.И как-то справлюсь без существительного. Как-то сама. Сама.
* * *
Кто из них обернулся соколом, кто ужом,Кто забился под камень и там свернулся кольцом,Кто рычал, кто шипел, кто пел да песни поизносил,Никому из них – полюбить – не достало сил.
Нож не почернел, не тускнеют камни в кольце,Охватила голову и стою – на твоем крыльце,Как купался ты в кипятке, как шел в тумане густом,Я все видела про тебя, и твой дом – мой дом.
И куда ни свернет клубок, и куда стрела ни лети,А твои слова на моих устах, рука – на моей груди,Оказалась любовь не пирогом, не ковром, не танцем.А вот так – за собою позвать и со мной остаться.
И не вышло сказки – запретов ты не нарушил,Никакого сюжета – шел дурнем, а вышел мужем,Да как все по пути – то ловил жар-птицу, то падал в реку.Просто был моим человеком.И остался моимчеловеком.
Вадим Борзихин
Родился в 2000 году в г. Каменке Пензенской области. До 17 лет жил в с. Покровская Арчада. Учился в Педагогическом институте имени В. Г. Белинского на учителя русского языка и литературы, работает преподавателем СПО в Пензенском государственном университете. Публиковался в журналах «Сура», «Четверговая соль», в альманахе «Рой».
Публикация в рамках совместного проекта журнала с Ассоциацией союзов писателей и издателей России (АСПИР).
РЕЧЬ
когда зародилась речьу первого человека,он слово хотел сберечь,но выплюнул слово в реку,и слово текло ручьемпо руслу кровящих губ,и падало в водоем,споткнувшись об острый зуб.стекало по бородеи глохло, вонзившись в глину.а после опять в пустотерождалось, вцеплялось в спину,в шею, в затылок, лоб,сквозь кость пробиралось, лезло.оно народилось, чтоб стать для тебя полезным.
ДУМЫ
Думы-думы —горя больше.Был бы умным —не запил.Руки ближе —чувства тоньше.Так зачем ты полюбил?
Думы-думылезут в башню,что воздвиг тыиз кости.Был бы умнымсмылся б раньше,а теперь нести-нести
эти думыпо дорогам,где не ходит человек.Думы-думы.Смотришь строго,и летит на землю снег.
* * *
Встану рядом с Пушкиным и Блоком,Ухмыльнется мне кудрявый Бог.Я скручу из белых листьев строкиИ себя сверну в бараний рог.
Встану с Бродским, вместе с ним покурим,Пусть горчит табак на языке.Пусть следак несет в прокуратуруМое дело; выйду налегке.
Встану с Осипом, конечно, Мандельштамом,Под собой почувствуем погост.Ну чего ты брови хмуришь, мама,Я давно уж занял этот пост.
Встану с Рыжим, пусть вся морда в шрамахИ в грудину ножик мне вонзен.Жалко только: будет плакать мама,Что сынок в поэзию влюблен.
Встану рядом, обниму за плечиИсполинов, гениев, певцов.Знаешь, мама, время все излечит,Но твой сын лечиться не готов.