Проза
Марина Шубина
Родилась в 1964 году в г. Зеленодольске (Республика Татарстан), там же выросла.
Окончила Ленинградский кораблестроительный институт (ныне СПбМГТУ). Получила диплом инженера-электромеханика. По распределению попала в г. Алма-Ату (Республика Казахстан). Работала на заводе имени Кирова.
В 2002 году вернулась на родину, через полтора года купила компьютер и начала писать – для себя и друзей. Девиз жизни – «Никогда не бойся делать то, чего не умеешь. Помни, Ковчег был построен любителем, а “Титаник” построили профессионалы».
Зимние сказки
Публикация в рамках совместного проекта журнала с Ассоциацией союзов писателей и издателей России (АСПИР).
– Ура!!! Я избранный, – радостно вопил бабкин любимый козел Пукки, влетая в козлятник, – мне выпал жребий разносить подарки в Йоль!
Суровая бабка Суоми, глядя на радостного козлика, скептически поджала губы и провор чала:
– А эликсир бессмертия к жребию случайно не прилагается? – Она-то знала, что Йольский поход – опасное мероприятие.
– Риск – благородное дело! – напыжился козел, но пыл его несколько поутих.
Козий гарем смотрел на своего супруга крайне неодобрительно.
– Гляди, останутся от козлика рожки да ножки, – предупредила бабка и пошла топить баню.
Сентиментальностью она не отличалась, но терять лучшего в деревне козла? Увольте!
– Значит, так, – сказала она, вернувшись, – от праздничных обязанностей теперь не отвертишься. Знак судьбы – это серьезно. Поэтому быстро пошел в баню!
– Что-о-о? – возмущенно заблеял козел. – Я-а-а? – Пукки отродясь не мылся, и одна мысль об этом была кощунственной.
– Волки, – лаконично ответила Суоми, – сожрут. А ну пошел! – И она огрела упрямого козла хворостиной.
В бане бабка полоскала козла в семи водах, чтоб хоть как-то отбить неистребимый козлиный запах. Козел щурился и возмущался.
– Терпи, – говорила бабка, – от тебя за версту козлом разит, волки учуют.
Чтоб еще больше запутать волков, бабка окатила Пукки ядреным хвойным отваром, который сама готовила с наговорами и прибаутками. Поговаривали, Суоми подколдовывала, но это не точно.
Бабка насухо вытерла благоухающего елкой козла и даже расчесала его шкуру.
– Ну вот, – хмыкнула она, – почти готово.
Козел недовольно фыркал, молчал и нетерпеливо бил копытом.
– Ну что, мне уже можно отправляться на дело? – наконец не выдержал он.
– Нет, – отрезала бабка, роясь в древнем сундуке, – погоди. Для полной маскировки нужно кое-что еще.
Она вытащила из сундука какое-то красное тряпье и принялась наряжать козла.
– Во-первых, – наставляла она, – нынче принято праздновать Рождество, а не Йоль. Будешь маскироваться под Санту. – И она сунула под нос козлу сухонький кулачок.
Козел понимающе кивнул и не стал возражать. Силу этого с виду маленького кулачка его ребра знали более чем хорошо.
– Во-вторых, – продолжила бабка, напяливая на козьи копыта башмаки, – маскироваться надо тщательнее. – С этими словами она водрузила на козлиную голову красный колпак, полностью скрывающий рога. – Волков обмануть – это тебе не фунт сена сожрать.
– А ходить тоже на двух ногах? – осторожно поинтересовался Пукки.
– Жить захочешь – не так раскорячишься, – отрезала старуха. – Помолчи немного.
В избушке воцарилась тишина, и бабка с козлом услышали заунывный многоголосый волчий вой.
– Понял? – грозно спросила бабка.
Она вышла в сени и притащила оттуда старую метлу, которую принялась разукрашивать обрывками цветных ниток, оставшимися от вязания. Заодно привязала к метле пару бубенцов. Уж где она их раздобыла – неясно. Говорят, в молодости бабка Суоми крутила шашни с местным шорником, который делал лошадиную сбрую. Он и подарил. Но это не точно.
Бабка критически осмотрела Пукки, затем снова полезла в сундук и достала оттуда круглые треснутые очки.
– Это чтоб твои бесстыжие козлиные глаза скрыть, – пояснила она. – А ну, смирно! На две ноги становись!
Козел немедленно вытянулся в струнку.
Суоми вновь окинула козлика взглядом. Теперь перед ней стоял вполне молодцеватый дедок с белой, тщательно расчесанной бородкой. И только бедовый взгляд, сверкающий сквозь помутневшие очки, выдавал его козье происхождение.