6. Кировскому 300
7. Орджоникидзевскому 300
8. Даргкохскому 120
9. Правобережному 50
10. Гизельдонскому 75
11. Садонскому 10
12. Махческому 10
13. Прочие мероприятия 330
ГАНИ РСО-А., Ф. 1, Оп. 1, Д. 771, Л. 57.
«Знакомство с автором»
Александр КОСТЕРЕВ. Ответы на вопросы журнала «Парус»
1. Расскажите, что явилось причиной Вашего обращения к литературному творчеству? Какими были первые опыты?
ЛИТО – Ленинградский городской клуб песни, возглавляемый композитором Борисом Потемкиным, на известной всему Питеру улице Рубинштейна в Доме народного творчества (позднее там же нашел «крышу над головой» Ленинградский рок-клуб), – в конце 70-ых как магнитом притягивал самодеятельных авторов и исполнителей своей творческой демократичной обстановкой, доброжелательностью обсуждения опусов начинающих. Сегодня мало кто вспомнит песню «Наш сосед», сочиненную в 1964 году Борисом Потемкиным – инженером, так и не принятым в Союз композиторов, – блистательно и искрометно исполненную Эдитой Пьехой, мгновенно ставшую мегахитом СССР. В 70-ых я с удовольствием участвовал в концертах авторов клуба песни, а в 80-ых после окончания музыкального училища, был принят на работу в Дирекцию музыкальных ансамблей Объединения «Ленконцерт». В это же время в Риге были записаны первые песни на мои стихи с музыкой известного латвийского гитариста-виртуоза Вячеслава Митрохина, работавшего в группе композитора Раймонда Паулса.
2. Кого можете назвать своими литературными учителями?
Я всегда смотрел в сторону от модных писателей, на тех, кто в настоящий момент является непризнанным, не современным, и в этом смысле оригинальным. Если быть в тренде, то творчество скорее всего будет носить оттенок вторичности, важнее —предугадывать тенденцию: когда страна взахлеб читала стихи советских поэтов, я с неподдельным восхищением открывал для себя литературную смелость и новаторство эмигрировавшего Бродского, когда стал доступен и начал издаваться Глеб Горбовский, мне посчастливилось ближе познакомиться с Радашкевичем, уехавшим во Францию, живой интерес вызвали стихи забытого Виктора Сосноры, покинутого всеми в Эстонии Давида Самойлова, божественные откровения Арсения Тарковского, белые стихи Юрия Левитанского, неформатные, колючие, наполненные пропусками слов, но не смысла, строки Марины Цветаевой, которую вместе с Ходасевичем критики так и не смогли никуда «приткнуть».
3. В каких жанрах Вы пробовали себя?
Ответ прост и предельно лаконичен – в коротких. Мне близка формула «живой» газеты «Синяя блуза» за 1927 год: «РОМАНЫ ПИСАТЬ ОТОШЕЛ СРОК, – ПИШИ НЕ БОЛЕЕ СТА СТРОК», поскольку если автор не может быть убедительным в малом, то вряд ли это у него получится в крупных формах.
4. Как бы Вы могли обозначить сферу своих литературных интересов?
«Там, где вожди ведут за собой толпу направо, мы идем налево: там, где они указывают цель, мы отворачиваемся от нее; мы торопимся к тому, от чего они предостерегают», – полностью согласен с декларацией движения экспрессионизма «Синий всадник».
5. Какого автора, на Ваш взгляд, следует изъять из школьной программы, а какого – включить в нее?
Русская философская мысль XIX века в школьной программе представлена великими Толстым и Достоевским, однако полностью отсутствуют не только творчество, но и упоминание об идеях славянофилов: Хомякова, Данилевского, Леонтьева, которые оказали существенное влияние в том числе на творчество Толстого и Достоевского. Если говорить о поэзии, дополнил бы школьную программу публицистикой и стихами Брюсова – учителя и методолога поэтов России XX века. С осторожностью бы включал в программу произведения 80-ых 90-ых годов, поскольку в этот период страна находилась на крутом переломе, когда авторы искали не только свой стиль, но и формировали мировоззренческую позицию (например, творчество И. Талькова, В. Цоя, несмотря на личное знакомство с этими неординарными поэтами, мне представляется не бесспорным).
Однозначно исключил бы из программы всех современных, особенно ультрамодных писателей XXI века, хорошая литература должна, что называется «отлежаться», хотя бы два-три десятилетия. Тогда мы сможем ощутить ее истинную ценность и возможность использования в качестве учебного материала для новых поколений.
6. Есть ли такой писатель, к творчеству которого Ваше отношение изменилось с годами кардинальным образом?