С любезного разрешения автора и переводчика предлагаем читателям познакомиться с некоторыми произведениями из готовящейся к печати книги.
Перевел с лезгинского Евгений ЧЕКАНОВ
Родники
О, родники!.. Ваш бурный бег,
Покинув мой Шахдаг навек,
Впадает в ток священных рек,
И чудо-брызги от реки
Спасают душу от тоски…
Мои стихи, вы – родники!
Наставления матери
Из дома в мир шагая, никогда мы
Не шли туда без наставлений мамы:
– Да сбережет Аллах вас, мои дети,
И упасет от бед на этом свете!
Путь к роднику недолог. Но смотрите,
Одних лишь мудрых в спутники берите.
Пускай они разумными словами
Откроют что-то новое пред вами.
Ступайте в путь, кладя в копилку знанья
Слов серебро и золото молчанья.
Весна-дитя
В дождях и вьюгах время коротая,
О солнце девять месяцев мечтая,
Весна томилась… Но свершились роды!
И вот она к нам на руках природы
Дитятею явилась. Тихо дышит
И теплым ветром душу нам колышет.
Хитрецы
Эй вы, весенние льстецы,
Плутовки, пчелки-хитрецы!
Зачем целуете цветы,
Воспламеняя их мечты?
Жужжа над миром их семьи,
Топыря крылышки свои,
Вы поубавьте вашу прыть…
С пути желаете их сбить?
Новый день
Забрезжило только, а не рассвело,
Но день пробудившийся смотрит светло:
От темной вуали лицо оторвав,
Взирает на зелень деревьев и трав.
Лучи его зябко дрожат на весу,
Из мокрых шутку* выжимая росу.
Не девушки ль это? Откинув вуаль,
Украдкой глядят они в юную даль.
Недолго осталось дрожать. Эта ночь,
Уйдет, забирая следы свои, прочь.
И солнце, заботы сгоняя с чела,
Как мать, нас обнимет лучами тепла.
…Забрезжило только, а не рассвело,
Но день пробудившийся смотрит светло.
* Шутку (лезг. шуткьу) – лезгинский женский головной убор
В ту летнюю ночь
В ту летнюю ночь ветерок пролетал
Над речкой лесной – и покой колыхал.
И видела я, что качалась луна
И к звездам взывала, заботы полна.
Потом целовала их, к сердцу прижав,
Потом отмывала от зелени трав,
Потом навевала им тихие сны,
Качая в обьятьях незримой волны.
Чабан
Это овцы там? Или, может быть,
Это просто горсть черно-белых бус?
Ах, чабан, чабан! На пастушью нить
Ты не сможешь их нанизать, боюсь.
Раскатилась горсть на подоле гор,
Где зеленый дол зеленят кусты,
Где звенит ягнят сладкозвучный хор…
Побегут они – соберешь ли ты?
Не грусти, чабан! Пусть земная трель
В небеса взлетит, как твоя мечта.
Поднимайся вверх, да бери свирель,
Поменяй тут всё – даже туч цвета!
…Это наша суть, это наш Кавказ!
То, что славит нас! То, что держит нас!
Ведут невесту на родник
Бесценной россыпью камней, от недругов сокрытых,
Блестят обычаи отцов из тьмы веков забытых.
Приветно светятся в ночи находки золотые,
О тайных смыслах говорят обычаи святые.
Один из них и нам с тобой не надо забывать бы:
Когда невесту на родник выводят после свадьбы,
Когда несет она кувшин, с соседками болтая,
И снежно-бел ее бушме*, как честь ее святая.
Но отчего ж она всегда, обычай не наруша,
Должна сначала к роднику идти из дома мужа?
Не оттого ли, что вода – всему у нас основа
И символ жизни и всего, что есть у нас святого?
Мне говорят, что есть тому иные объясненья…
Читатель милый, расскажи об этом без стесненья!
* Бушме (лезг. буьшме) – лезгинский женский головной платок из шелка
Одеяло для земли
Всегда укладывались спать
Под одеялом теплым мы.
И песню напевала мать…
А нынче нет еще зимы,
Но, мир укладывая в сон,
Пушистый снег летит с небес.
Чтоб убаюкать землю, он
Мурлычет песню без словес.
Белые шали
Снежинки, кто вас нанизал