– Это история наших предков. Рисунки достались мне от предыдущего вождя, который получил их от своего предшественника, а тот… ну вы поняли… – замялся Гудэх. – Здесь описываются далёкие времена, когда племени куроки ещё не было.
Охотники дружно ахнули.
– Я думал, куроки были всегда… – удивлённо прошептал Олучи.
– Нет, не всегда. Наш первый вождь жил с другой стороны Баобабовой рощи, в племени кано, он был простым охотником.
– Но ты же говорил, на другой стороне рощи находится «ничего», – скептически подметил Иси.
– Я это говорил, чтобы вы не совались на ту сторону! – рявкнул Гудэх. – Сам видишь, чем всё обернулось, – вождь пальцем указал на бланш под правым глазом Иси.
Тот виновато кивнул, прикрывая рукой последствия стычки.
– Эти люди живут в ужасных местах. Представьте себе самую холодную ночь, которую вы помните.
Охотники начали ёжиться.
– Для них это самый тёплый день, – Гудэх показал кусок кожи с картинкой, на которой были нарисованы сугробы, метель и трясущиеся от холода люди.
Все трое задрожали так, словно зима прямо сейчас ворвалась в дом вождя.
– Им постоянно приходится есть свёклу, потому что другой еды почти нет.
– Что ещё за свёкла? – заинтересовался Олучи.
– Вот она, – выдержав небольшую паузу для пущей интриги, Гудэх показал другой кусок кожи, с изображением свёклы.
– Выглядит нормально, – недоумевая, сказал Иси.
– А вот так выглядит человек, который впервые попробовал свёклу! – вождь резко бросил на пол картинку с лицом, скорчившимся в гримасе нечеловеческого отвращения.
Иси зажмурился от ужаса, представляя себе, каково было этому несчастному.
– Нашего первого вождя звали Кичи. Однажды ему явилось видение, что на другой стороне Баобабовой рощи есть такое место, где круглый год лето, много ягод, орехов и никакой свёклы. Он призвал всё племя отправиться за ним в прекрасные тёплые земли, но дорогу к новому дому преграждал ногорез. Это такая трава, у которой очень острые края. Ногорез густо растёт в центре рощи. Голыми ногами там не пройти. Если ты поранишься о ногорез, рана начнёт гнить, и со временем всю ногу придётся отрезать, чтобы остановить гангрену. Но видение показало Кичи не только нашу чудесную деревню, – Гудэх широко раскинул руки, как бы указывая на всё поселение, – он увидел вот это, – Гудэх приподнял ногу и указал пальцем на свой мокасин из бизоньей кожи, а затем продемонстрировал картинку человека, шагающего через заросли ногореза в мокасинах.
Глаза слушателей стали широкими от удивления.
– Кано носили тёплую, но мягкую одежду и обувь из какой-то дряни. Вроде бы они называют это паучьим шёлком – ткань из паутины. Много слоёв шёлка, между которыми укладываются перья куропаток, – это тёплый материал, но проткнуть его или порезать проще простого. Само собой, через ногорез в их ботинках не пройти. Мокасины были тонкими, но прочными. Эта обувь помогла нашим предкам преодолеть опасные заросли и основать новое племя. Конечно, тогдашний вождь Кано испугался, что его место займёт Кичи. Он объявил нашего предка сумасшедшим, и половина племени ему поверила. Те, кто вместе с Кичи отправился на поиски нового дома, были объявлены врагами кано. Им даже не дали еды в дорогу, сказав, что они могут есть свои мокасины, когда проголодаются.
Лица охотников исказила злоба.
– Кичи оказался прав. Он основал новое племя, куроки – нашедшие тепло, и стал нашим первым вождём. Посмотрите, как прекрасно мы теперь живём, ни в чём не нуждаясь, – Гудэх сделал небольшую паузу и начал грозно хмуриться: – А эти пожиратели свёклы припёрлись в нашу половину рощи и смеются над мокасинами! Мокасины подарили нам всё, что мы сейчас имеем!
Примерно в это же время вождь кано, которого звали Флике, рассказывал своему племени немного иную версию произошедшего. Конечно, Флике имел собственные картинки, нацарапанные ножом на кусках коры.
– Давным-давно в нашем племени жил охотник по имени Кичи. Однажды он шёл по роще, и откуда-то с дерева макака запустила в него кокосом. Орех угодил Кичи прямо в голову. Он четверть дня лежал без сознания. А когда очнулся, начал нести какой-то бред про тёплые земли и жизнь без забот.
Охотники слушали вождя широко раскрыв рты.
– Тогда было страшное время. Урожай свёклы и поголовье кроликов стали ничтожно малыми. Бизоны перестали бродить по роще. За весь сезон мы поймали и освежевали всего трёх. Запасы на зиму было делать не из чего. Пока Кичи грезил тёплыми землями, вождь Лони заметил, что макаки стали регулярно кидаться кокосами в людей, зашедших в Баобабовую рощу. Они приносили их откуда-то издалека, где мы никогда не были. Тогда у него созрела идея: сделать вот такую защиту из дерева, – Флике постучал себя по каске, – они до сих пор спасают наши головы от орехов, – и показал картинку, на которой довольный охотник в каске отбивает головой летящий в него кокос. – Лони специально отправлял охотников в рощу, чтобы те попадали под обстрел, собирали кокосы и приносили их в деревню. Благодаря идее Лони мы выжили в ту зиму и продолжаем выживать по сей день. Нам даже больше не нужно есть свёклу.