Выбрать главу
Но я их точно не пойму,Не подниму забрала.И не предам я потомуЛюбимого Урала.

История Юрия Ковальчука

История Юрия КовальчукаДавно не даёт мне покоя.Судьба ополченца и фронтовика,Судьба аутло и изгоя.
В Крамахе работал из ПТРСОн в первые дни ополченья.Но я всё ж имею иной интересПримера и нравоученья.
Он маму не видел который уж год.И в сторону Новой КаховкиОкольными тропами Юра идёт.Идёт аккуратно и ловко.
Он маму увидел, забрал ноутбук.Решив возвратиться обратно,Расслабился Юра, Россия нам друг.И шёл он к друзьям аккуратно…
Ночной пограничников русский дозор,Красивые, как на открытке,Его задержали, отдав на позорУкропам. На казни и пытки.
Потом восемнадцатый. Общий обмен.Подкасты, статьи, репортажи…Братуха, ты выжил. Уже супермен.Ты не обижаешься даже.
Он умер. Мы не были с Юрой кенты.Коллеги. Ни больше, ни меньше.Расходники. Мясо. Тупые скоты.И сепары, и унтерменши.
Да здравствуют Родина и СВО.А прошлое… вы не тревожьте его.

Деньги и месть

Меня мотивируют деньги и месть,А вовсе не сладко-восточная лесть.
За лестью восточной иди на базар,В чертоги арабов и новых хазар.
Отверженный, злой, саркастичный СелинВсегда повышает мой адреналин.
Меня мотивируют деньги и месть,И с этой иглы не дано уже слезть.
Я помню и смотр на просторах пампасов,И белых сахибов широких лампасов.
Твоя строевая, вонючий дикарь,Не катит, а ты – бессловесная тварь.
Теперь вы поёте про верность и честь.Меня мотивируют деньги и месть.
Придёт перемирия сладостный час,И тут же из памяти выкинут нас.
И вновь закричат перед строем, как встарь:Знай место своё, бессловесная тварь.
Большая война, столкновение рас,Уже неизбежна. И в шаге от нас.
 Где черни толпа, и костёр, и фонарь…Что делать, ведь я – бессловесная тварь.
Меня мотивируют деньги и месть.Давайте оставим же всё, как и есть.

Мечтающим пойти дорогой комбатантов

Он вырос и окреп; и он – войны ровесник.И через десять лет он превзойдёт меня.Ведь я – совсем не князь, скорее, пан наместник,Один из мастеров мортирного огня.
Мечтающих пойти дорогой комбатантов,Кто думает, что он судьбой своей храним,Готов я привести в палату ампутантов,Где мог бы побледнеть и Босх Иероним…
Влюблённый соловей щебечет от восторга:Ещё один рывок, и рухнет Часов Яр.Но репортаж из переполненного моргаНикто не проведёт из медиа-майяр.
 Мечтатели-юнцы, смотрите на обрубки! Всё то, что вам сулят, – морковка для ослов…вил кольца сизый дым его вишнёвой трубки. Профессор создавал словарь эльфийских слов…

Зверобои прерий Приазовья

Елене Заславской

Отбросим пафосные штампы,Про НАТО, БРИКС и Русский Мир.Мы все – Натаниэли Бампо.Мы защищаем свой фронтир.
Мы – трапперы, мы – зверобои.Здесь, в ДНР и ЛНР,Мы – белой голытьбы ковбои,А каждый третий – браконьер.
Недаром красные мундирыНас унтерменшами зовут.Убиты наши командиры,И службы мы несём хомут.
Потомки молодогвардейцев,Однажды сброшенных в забой,Нужны в войне против индейцев…Не так ли, Джонни, мой ковбой?
И мы быкам хвосты крутилиИ в прериях пасли коров.Отпор укропу-чикатилеБывал жесток, бывал суров.
Да, с нас порой снимали скальпы;С врагов снимали скальпы мы…О том слагали висы скальды,Те, что ушли в край вечной тьмы.
Мы не нужны в салонах светских,Ни в спальнях дорогих квартир;Для зверобоев постсоветских —Ночь, техника, БК, фронтир.

Троя с Микенами

Орды восточные Трою с Микенами,Всё, что построено нами, возьмут.Барби цветные с их сладкими КенамиСменят расистов и белых зануд.
Мобилизацией классовой, массовойЮнгер угрюмый нас в книге пугал;Мир одноразовый – домик пластмассовый,Где во главе – ассирийский Нергал.
Семьи распались и стали, как атомы,Словно фрагменты мозаик в руке:Люди – рабы для жрецов с зиккуратами,Дети их – топливо в медном быке.