Луша пеленает полено, словно младенца, в половик, что у лавки. Прикладывает к груди. Потрескивание огня всё сильнее.
Луша. Маму повели в баню две женщины. Они добрые. Они гладили её вениками, а мама плакала. Они намывали её, а она плакала. Натирали мёдом, солью, отпаивали чаем, а она плакала. Она выплакала айсберг боли. Потом она смеялась. Потому что слёз не осталось, а молчать она не могла… Потом живот заболел от смеха, скулы свело, и мама выла. А две женщины слушали её вытьё и гладили по волосам. А когда не осталось и голоса, мама затихла. Она уснула, чтобы проснуться и жить дальше.
Луша замолкает, потрескивание огня всё громче. Держа в руках полено, Луша пытается войти в огонь, но не решается.
Луша. И чтобы жить дальше, мама должна меня отпустить. Маме хочется умереть, но она должна жить. Её время ещё не пришло, поэтому надо жить! А для этого надо проститься со своим ребёнком. Подкинули дров, чтоб веселее горел огонь. Разбудили маму. Она открыла глаза, а перед ней… Она пеленает, она даёт грудь и даже словила соском крошечную занозу, но это ничего…
Луша пытается войти в огонь, но не решается.
Луша. Опусти меня, мама, отпусти меня. Я забираю твои грехи: твою мать, смерти которой ты ждала, кота, старушку, к которой ты не зашла, жену того мужика и самого мужика, твоего жениха, папу, его жену и его детей. Всех разрушенных снеговиков, плачущих детей. И всё, что ты сделала или подумала, – я впитала с твоим молоком. Я отправлюсь на Небо. (К залу.) А здесь окажется тот, чья мать тоже решила проститься. Отпустить. Моя мать потеряла меня трёх месяцев от роду. Ваша, возможно, потеряла много позже, возможно, у вас у самого уже были дети. Неважно, когда это произошло. Важно то, что она – осталась, а вы – ушли. Она вас не забудет, нет! И сердце у неё будет так же болеть, может, даже сильнее. Но после того как она скажет себе: «Я буду жить», тогда и вы будете тут стоять, пытаясь понять, что же происходит, а остальные будут думать, что это обычный день в их обычной жизни. А лет вам сейчас столько же, сколько было вашей матери, когда она вас потеряла. Моей маме было сорок. А сейчас ей намного больше. Так много, что она уже не может иметь детей. Мы ушли раньше своих матерей, а значит, приняли на себя грехи наших матерей. Мы все, все друг за другом уйдём. Но это лишь временное расставание. Любимые не умирают, лишь рядом быть перестают. Проверочное слово – «жизнь», мама.
Луша вступает в круг, стоит, прижимая к себе полено. Дрова трещат. Свет очень медленно гаснет.
2022 г.
Публицистика
Олег Роменко
Родился в Белгороде. Стихи и проза публиковались в журналах: «Дрон», «Наш современник», «Нева», «Север», «Нижний Новгород», «Дон», «День и ночь», «Ротонда», «Северо-Муйские огни» и других. Редактор литературного журнала «Дрон». Лауреат и член жюри региональных литературных конкурсов и фестивалей. Автор книги стихотворений «Волны времён» и книги сказок для детей «Трепетные комочки». Помощник руководителя литературной студии «Младость».
Русские стихи Виктора Петрова
Как у профессиональных русофобов ненависть к России давно превратилась в религию, так у всех русских по духу людей подлинной религией была, есть и будет Россия, которую мы любим и боготворим не потому, что это наше Отечество, а потому, что это Россия. И в этом я в очередной раз убедился, познакомившись с новой книгой поэта Виктора Петрова «Храм на холме», вышедшей в московском издательстве «Вест-Консалтинг» в 2023 году. Сам автор книги хорошо и давно известен читателю как поэт, публицист и редактор ростовского литературного журнала «Дон», имеющего легендарную историю. Виктор Петров также автор девятнадцати книг и лауреат Всероссийской литературной премии имени М. А. Шолохова, премии журнала «Юность», победитель Международного славянского литературного форума «Золотой Витязь», удостоен европейской медали Франца Кафки.